Читаем Коснувшись неба полностью

И работа продолжалась. Над проектом «Т». Это был одномоторный пикирующий бомбардировщик с мотором, размещенным в фюзеляже за кабиной пилота. А длинный вал приводил в движение винт впереди носка фюзеляжа. Такая компоновка была новинкой. Архангельский при этом ставил себе целью предоставить пилоту хороший обзор при выполнении боевой задачи. Экипаж состоял из пилота и стрелка-радиста, сидящих в одной кабине спиной друг к другу. За двигателем размещался бомбовый отсек, рассчитанный на 600 кг бомб. Проектная скорость «Т» равнялась 600 км/час. Этот проект был одобрен начальником НИИ ВВС Филиным.

В конце года Архангельский зашел к наркому Шахурину с проектом «Т» и попросил доложить Сталину о выполнении КБ его задания.

— Построить же самолет я не могу, у меня нет сейчас своего завода…

Нарком взял проект и обещал доложить о нем Сталину.

Через три дня Архангельского вызвали к заместителю наркома Яковлеву.

Молодого 33-летнего конструктора спортивных самолетов, который вслед за этими создал отличный истребитель Як, — Александра Сергеевича Яковлева Архангельский знал давно. Тот несколько раз был у него на заводе. В начале 1940 года Яковлев неожиданно был назначен зам. наркома по опытному самолетостроению. Неожиданно потому, что по возрасту и опыту был самым молодым среди уже известных конструкторов. Поэтому, оказавшись их непосредственным начальником, проявлял к ним подчеркнутое внимание и уважение.

Именно так он принял Архангельского. Яковлев полностью был в курсе всех его дел и, в частности, знал о переводе ОКБ в другое место. Ведь оставаться на серийном заводе было бессмысленно. Но ОКБ — это не цыганский табор, который может кочевать где угодно. Передислоцировать бюро можно только на авиазавод. Но заводов-то свободных нет! И вдруг Яковлев предложил ему авиазавод. Правда, не самолетостроительный. И задача была любопытной. Два известных изобретателя авиационного оружия Георгий Миронович Можаровский и Иван Васильевич Веневидов разработали необычный проект штурмовика. По замыслу его авторов четыре автоматические пушки этого самолета должны были с бреющего полета расстреливать противника. Если учесть, что обычно главным оружием авиации являлись бомбы и эресы, то идея сделать главным оружием этого самолета пушки, бьющие с большой точностью, действительно казалась оригинальной.

Однако авторы штурмовика не были по образованию самолетостроителями. Все, на что их хватило, это был макет, который они показывали представителям ВВС.

— Ну что ж, — сказал Архангельский, — если есть возможность сделать машину, которая пойдет в серию, — то упускать ее нельзя, — поможем изобретателям.

Так его ОКБ оказалось на новом заводе. Изобретатели Георгий Миронович Можаровский и Иван Васильевич Веневидов были известны в авиационных кругах как конструкторы различного рода турелей, прицелов, подвески и механизмов сбрасывания бомб. Ходили они всегда вместе, а так как тогда оба были холостяками, то кто-то из ОКБ тут же пустил им вслед шутку: они, наверно, и на свидания вдвоем ходят.

15 марта 1941 года газеты опубликовали первый список лауреатов только что учрежденной Государственной премии. В их числе была и фамилия Архангельского — за СБ и Ар-2.

Эта новость обрадовала все ОКБ. Но вместе с тем конструкторы понимали: Государственная премия им — своего рода аванс на будущее. И с энтузиазмом принялись за работу.

А работы хватало. Самолет был одноместный, одномоторный, двухбалочиый. Причем мотор помещался сзади, и с толкающим винтом, как самые первые самолеты начала века. Благодаря этому вперед выступала кабина, защищенная броней. Внизу в основании хвостовых балок должны были стоять две-четыре пушки. А в носу перед кабиной четыре пулемета ШКАС. Кроме того, еще имелось несколько небольших бомболюков для мелких осколочных бомб.

По замыслу авторов такой штурмовик буквально в упор мог поливать огнем окопы противника. Автомобили и бронетранспортеры тоже могли стать его добычей. Да и танки — при условии, что снаряд от пушки попадет в жалюзи мотора. А это, в общем-то, вполне осуществимо, так как стволы пушек были установлены не неподвижно, а могли перемещаться в вертикальной плоскости под определенным углом. Так же поворачивались и пулеметные стволы.

На этом обстоятельстве надо остановиться поподробнее. Дело в том, что все огневые точки на самолетах, которые управлялись дистанционно от нажатия гашетки на ручке управления самолетом, устанавливались на машине неподвижно. То есть, для того чтобы летчику-истребителю сбить вражеский самолет, надо было поставить свою машину так, чтобы ее продольная ось симметрии упиралась во вражескую машину. Для штурмовика это означало, что при стрельбе по наземным целям надо наклонить нос машины. Но при этом штурмовик начинает как бы пологое пике. И через какое-то время он должен из него выйти, иначе врежется в землю. Но как только самолет задирает нос — он тут же прекращает вести огонь, потому что теперь стволы пушек и пулеметов смотрят в небо.