Читаем Космопорт, 2014 № 05 (6) полностью

— О, привет! — воскликнула пышечка, увидев Ингу. — А я думала, что первая буду. Меня Кристей зовут. Кристина полное, но я так не люблю.

— Я — Инга, — вежливо представилась Инга.

— Ну что тут у нас? — Кристя по-хозяйски прошлась по комнате, распахнула дверцы шкафа, пробормотала. — Тесновато, однако… — обернулась к Инге.

— Ты кровать уже выбрала? Тогда я половинку шкафа выбираю. Чур, моя правая — здесь полок больше.

— Конечно, — кивнула Инга, которой было всё равно. — Бери какую хочешь.

— Так, а чего снаружи… — Криста прошествовала к окну, решительно раздёрнула шторы. — То ли лес, то ли парк. Гуля-я-ять будем! Воздухом надышимся! Здесь — не то, что в городе.

Она обернулась за подтверждением к Инге, увидела опущенные плечи, затравленный взгляд.

— Э-э-э, соседка! Ты чего смурная такая? Не кисни! Жизнь прекрасна! По городу скучаешь что ли? Так ничто не вечно: отбарабаним годик, а там — свобода!

— Я не хочу рожать! — выпалила вдруг Инга.

— Да? — Криста философски пожала плечами. — Ну, так кто хочет? А чего поделаешь-то, коли детналог? Ну, не куксись, может, ещё белый билет получишь…

Инга только вздохнула: она очень надеялась на это же.

В дверь постучали.

— Заходите! — крикнула Криста. — Не заперто!

Дверь распахнулась: на пороге стоял парень. Крепкий торс, тёмные волосы, яркие чёрные глаза.

— Девочки, к вам можно?

— Обана! — воскликнула Криста, беззастенчиво — с ног до головы — оглядывая гостя. — Нефига себе, какие здесь экземпляры имеются! Ты к нам на развод что ли?

— Нет, я с вашими вещами, — чуть улыбнулся парень, кивая на две сумки, стоящие у ног. — Меня Денис зовут.

Легко подхватил объёмные баулы, внёс в комнату. Спросил, оглядываясь:

— Куда?

— Та, что побольше — мне, — решительно распорядилась Криста. А поменьше — туда.

Она кивнула на сидящую Ингу.

Парень поставил толстую Кристину сумку рядом с её кроватью.

— Ай, молодца! — мельком похвалила девушка и, тут же, расстегнув крышку, начала извлекать на свет пожитки. — Хоть переодеться с дороги…

Парень, между тем, подошёл к Инге, нагнулся, опуская сумку на пол. Крепкая спина, рельеф мышц на руках… «Не качок, но чем-то явно занимается…» — подумала Инга машинально. Будь она на гражданке, он бы ей понравился. Но здесь, сейчас, в ожидании приговора… Она судорожно вздохнула.

Парень разогнулся и встретился взглядом с Ингой. Губы его дрогнули, готовые сложиться в улыбку, но Инга отвернулась: неужели непонятно, что ей совсем не до общения?

Парень вздохнул, шагнул к двери. Произнёс, ни к кому конкретно не обращаясь:

— До свидания, девушки.

— Иди-иди, лапочка… — весело помахала ему рукой Криста. — Попозже встретимся.

Инга даже не повернула головы, хотя видела краем глаза, как он выходит.

— Ишь, ходют тут всякие… — ворчливо забормотала Криста, подхватывая с кровати ворох одежды и водворяя его в шкаф.

— Смущают наши души… И как только таких красавчиков сюда пущают?.. А нам, между прочим, несколько месяцев целибата предстоит.

— Он что, тебе приглянулся? — спросила Инга. Следовало налаживать отношения: если её всё-таки признают годной — тьфу-тьфу-тьфу! — то жить с соседкой предстоит долго.

— Да не-е-е… — отмахнулась Криста.

— Не люблю таких смазливеньких, они привыкли, что вокруг них девки вьются, в постели — лентяи, по жизни — пальцы гнут… Мне бы кого попроще… — мечтательно протянула она.

Инга пожала плечами: ей не показалось, что парень гнул пальцы. Вроде, милый такой… «А что он тут делает? — спохватилась она вдруг. — Чего парень призывного возраста делает в женском родильном доме?»

— Альтернативщик, наверное, — продолжала, между тем, Криста, по-хозяйски размещая вещи на полках. — В армию не взяли — вот и проходит здесь альтернативную службу. Их же на самую грязную работу бросают — санитарами, ассенизаторами. Да-а-а… Сочувствую я ему. Повыносит здесь кровавые тряпки, да узнает, откуда младенцы вылазят, так, глядишь, когда на гражданку вернётся, на девок больше смотреть не сможет. Интересно, как это он, такой бугай, в алтернативщики попал?

Инга только вздохнула. Если бы ей выпала такая удача — предложение альтернативной службы — она бы согласилась на что угодно: хоть горшки за стариками выносить, хоть землю копать. Даже нянькой в Дом младенца, хотя это, конечно, противнее всего: вопящие человеческие детёныши, мокрые, сопливые… Но это, хотя бы, не вынашивать и не рожать! Как можно спокойно терпеть, когда в тебе сидит нечто живое и пользуется твоим телом, как кормушкой?