Так и хочется сказать: живут наши космонавты настоящей, здоровой земной жизнью! И от большого мира искусств, и от чарующей родной русской природы они получают огромное эстетическое наслаждение, они воспитываются на этом. Космонавты еще крепче полюбили родную землю, которой беспредельно преданы и будут верны до последнего дыхания, родную природу. И как символично: руки, которые держат букет лесных цветов, поведут фантастические корабли к звездам! Да, эти руки преданы Земле и готовы служить ей в самых дальних далях.

Когда пишу об этом, невольно вспоминается посещение космонавтами картинной галереи. Они ходили по залам как зачарованные. Но вот остановились у картины «Журавли». Притихли. Всматриваются. В весенней высокой лазури плывет косяк так хорошо знакомых с детства птиц. На пригорке стоит босоногий мальчуган и смотрит из-под ладони ввысь. Он как бы вслушивается в призывный клич — летящих к родным гнездовьям пернатых путников. Космонавты взволнованны. Они молчат. Каждый, видимо, встретился со своим детством, со своей мальчишеской тоской по высоте. Им всем, простым паренькам из обычных российских деревень и городов, знакомы и эта журавлиная песнь, и этот чумазый подросток. Только теперь давняя мечта для каждого из них уже стала явью. Они уже не только смотрят в вышину, но часто и сами летят туда, в небо, а в скором времени смогут отправиться еще выше, за голубой шатер эфира. И вдохновенные их лица как бы выражают одну мысль: «Где бы мы ни были, никогда не забудем тебя, обетованная земля отцов!».

Зарядка скоростью

Эта специальная установка называется «бегущей дорожкой». Космонавт становится на ленту, которая начинает двигаться, уплывая все быстрее и быстрее ему под ноги. Чтобы не оказаться выброшенным, человек начинает бежать, соразмеряя свою скорость со скоростью движения дорожки. Ее скорость задается с пульта управления, за которым сидят инженер и врач. На бегущего надеты множество датчиков, которые дают возможность, сидящим у пульта наблюдать и регистрировать состояние физиологических функций бегуна. В зависимости от натренированности космонавта ему задается темп бега.

Вот на дорожку встал Георгий. Бежит он старательно и резво. Тонко жужжит трансмиссия. Шум сильнее. Убыстряется бег. Скорость растет. Четыре… пять… шесть… семь… восемь метров в секунду. Это предел для Георгия. Собственно, не только для него. Почти все его товарищи обладают такими же возможностями. Лишь один Анатолий достиг цифры «девять». Это настоящий спринтер. Правда, «дорожка» рассчитана на скорость до десяти метров в секунду. Но это, видимо, не под силу пока даже бегунам с мировыми именами, так как бег на «дорожке» — это не то же самое, что бег на неподвижной основе.

Когда Георгий сошел с дорожки, кто-то метко заметил:

— Здорово тебя скоростью зарядили!

Да, ребята заряжались скоростью в прямом и в переносном смысле. Бег, спортивные игры, батут, плавание, специальные авиационные полеты, парашютные прыжки, центрифуга, различные специальные установки и, наконец, «бегущая дорожка» — все это и впрямь аккумулировало у будущих космонавтов скорость, сноровку, ловкость.

Зимой занимались лыжами, коньками. Слабовато вначале с этим обстояло дело у южан. Но постепенно и они втянулись в зимний спорт.

Хорошо владеет коньками и особенно лыжами Космонавт Три. Тут он в своей стихии. Подружился он с лыжами на Севере, в лесах, где когда-то работал техником-лесоводом.

«Бывало, так закрутит пурга, — рассказывает он, — белого света не видно. И снег такой, что с головой можно окунуться. А идти на лесосеку надо. Вот и выручал единственный в таком случае транспорт — лыжи».

Наверное, северная стихия и наделила этого тихого, скромного парня недюжинной выносливостью.

Несколько позже в моду вошел бадминтон — этот своеобразный китайский теннис. С первого взгляда, игра не мудреная, но она, как выяснилось вскоре, может и выматывать, и закалять — все зависит от того, как заниматься ею. Бадминтон увлек всех. Врачи внимательно следили, чтобы игра велась в разумных пределах, чтобы излишне не изматывала людей, а способствовала их закалке.

Испытывалась вестибулярная устойчивость наших космонавтов на качающейся платформе. Человек становится на круглый, качающийся во все стороны стол. Для страховки от случайного падения к поясу испытуемого крепится подвешенный к потолку трос. Сидящие у пульта врач и механик создают всевозможные наклоны стола, и находящийся на нем стремится удержаться.

Экзамен этот не представил для наших летчиков больших трудностей. У космонавтов, как, впрочем, у большинства летчиков, хорошие навыки удерживать равновесие.