Читаем Космический шутник полностью

Им оказался молодой улыбчивый полицейский с большим рыжим чубом.

– Как будем снимать? Анфас и профиль? – весело спросил он, привыкший фотографировать задержанных преступников.

– Нет, – возмущенно ответил капитан. – Это же на документ. Только анфас.

– А как нам это делать? – поинтересовался мимикр. – Мы же не земляне, имеем совсем другой вид.

– Да, об этом я как-то не подумал, – сказал Приходько, но потом махнул рукой. – Фотографируйтесь как хотите. А если кто спросит документ, примите тот вид, который на фотографии.

– Тогда можно самоваром? – лукаво улыбаясь, спросил Фуго.

– Можно.

– А я, пожалуй, собачкой, – сказала Даринда. – Очень мне понравилось это животное.

Документы с печатями были готовы минут через пятнадцать. У Фуго на фотографии красовался большой медный самовар, у которого под краником почему-то был виден вполне человеческий улыбающийся рот.

– Первый раз в жизни вручаю документ самовару и собаке, – проговорил начальник паспортного стола. – Вернее, инопланетянам.

– А мы первый раз в жизни получаем настоящий документ, – признался Фуго. – У нас на планете никто не имеет документов.

– Как же вы устанавливаете личность незнакомого гражданина? – удивился начальник паспортного стола.

– Очень просто, – ответил Фуго. – Встречаю я, например, какого-нибудь мимикра и спрашиваю его: «Ты кто?» А он мне отвечает: «Я Тиго». Вот так и узнаем.

– Оригинальный способ. Оч-чень оригинальный.

Когда их отправили домой, капитан вдруг вызвал к себе молодого лейтенанта с сержантом и сказал:

– Сегодня утром вместе с нашими сотрудниками врачи забрали несколько деревенских жителей. Закончите свои дела, поезжайте в психиатрическую больницу и вызволите их оттуда, – он почесал затылок, усмехнулся и добавил: – Ну и нагородили же дел эти инопланетяне.

В Игнатьево Фуго с Дариндой привезли на полицейской машине. Всю дорогу племянник разглядывал справку с фотографией, а потом вдруг сказал тетушке:

– Может, мне в полицию пойти служить? Люди там работают хорошие. Меня уже знают и ценят. К тому же бесплатная одежда с фуражкой и настоящим пистолетом. Глядишь, дослужусь до капитана… а может, и до генерала.

Машина с Фуго и Дариндой въехала в Игнатьево, как раз когда несколько пожилых женщин с дьячком из соседней деревни шли по улице и освящали дома. Две старушки несли перед собой иконы Николая Чудотворца и Пресвятой Богородицы и громко пели «Отче наш». Третья женщина с трудом тащила большое ведро со святой водой, а молодой дьячок с редкой порослью на подбородке каждый дом осенял крестным знамением, затем макал в ведро кисть и, вполголоса помолившись, освящал стены.

Мимикры выбрались из машины, прошли в дом и застали в гостиной за невеселым разговором Алешу, Артура Игоревича и Владислава Валентиновича с Ириной Константиновной. Те, увидев пропавших инопланетян, сорвались с мест и бросились обнимать незадачливых гостей.

Встреча была более чем трогательной. Переполох поднялся такой, будто в дом без предупреждения пожаловали президент страны со всеми своими домочадцами. Но, измученная ночными приключениями, Даринда вдруг разрыдалась, а ее все принялись успокаивать. Ирина Константиновна сбегала к себе за валерианой, Артур Игоревич уложил соотечественницу на диван и укрыл пледом, а Владислав Валентинович сел у нее в ногах и попытался подбодрить.

– Главное, что вы нашлись, – задушевным голосом проговорил он. – Если бы вы не нашлись, было бы гораздо хуже. – Он задумался, что бы еще сказать утешительного инопланетной женщине, но у него не было опыта общения с представителями внеземных цивилизаций, а потому просто посочувствовал: – Вам, наверное, было очень трудно и страшно? Одни, не зная ни обычаев, ни порядков в чужом городе… Я бы, наверное, на вашей планете тоже растерялся.

– Вы бы не успели, – подал голос Фуго, который объяснял Алеше, куда они делись утром, и краем уха слушал, что говорит сосед.

– Почему?

– На нашей планете теряться не рекомендуется, – ответил мимикр. – К тому же вы такой большой и заметный. Вас бы съели через несколько секунд.

– Ну тогда я растерялся бы на другой планете, – пожал плечами Владислав Валентинович. – Есть же во Вселенной миры, где можно спокойно растеряться, не рискуя быть тут же съеденным?

– Очень мало, – со знанием дела ответил Фуго.

Чтобы дать путешественникам отдохнуть, соседи вскоре ушли к себе. Артур Игоревич пожелал соотечественникам хорошенько выспаться и, поклонившись, уехал домой. А Даринда, оставшись в кругу близких, вдруг совсем раскисла: у нее поднялась высокая температура и разболелось сердце. Затем она начала бредить, выкрикивать бессвязные фразы, чем очень напугала племянника. Сидя рядом с тетушкой, Фуго расплакался как маленький ребенок. Алеша, который никогда не видел мимикра плачущим, страшно растерялся, дал ему валерианки и попытался успокоить.

– Все будет хорошо, – сказал он. – Сейчас вызовем врача, и ее вылечат.

– А вдруг она умрет? – всхлипывая, сказал Фуго. – Ты не представляешь, как я ее люблю. Мы же с ней одни на всем белом свете. У меня же нет никого роднее. Я этого не вынесу.