Читаем Кошмарный город полностью

— Возможно, вы правы, — медленно произнес он, осознанно стремясь довести ситуацию до кризиса, — но у меня не хватает опыта обладания собственностью, поэтому я не могу судить о том, какие чувства испытывают другие, лишаясь ее. Но, предположим, у меня есть, скажем… белый жилет, который мне очень дорог. Допустим, некто дает мне пощечину и угрожает испортить мой любимый жилет. Полагаю, в таком случае я позабуду о необходимости оберегать жилет, потому что захочу дать отпор грубияну.

Ларри резко рассмеялся.

Стив перехватил кисть его взметнувшейся руки и прижал ее к боку Ларри. Постоянные упражнения с тяжелой тростью наградили его правую руку стальными мышцами.

— Полегче, — произнес он, глядя в раскосые бегающие глаза.

Ларри улыбнулся, блеснув из-под усов белоснежными зубами.

— Успокойтесь, — сказал он. — Если вы меня отпустите, я с удовольствием пожму вам руку и заключу с вами нечто вроде примирения. Вы мне нравитесь, Фрифолл, и ваше пребывание в Иззарде сделает мою жизнь намного приятнее.

Оказавшись наконец в своей комнате на третьем этаже отеля, Стив медленно разделся — ему мешали раненая рука и мысли. А поразмыслить было о чем. Ларри Ормсби дает отцу пощечину и грозит ему пистолетом; Ларри и Нова заняты интимной беседой; Кемп умирает на тротуаре, и его последние слова заглушают шаги полицейского; Нова Вэлленс дает ему незаряженный револьвер и уговаривает не преследовать грабителя; часы на полу и нападение на слепого; караван грузовиков, следующий вслед за Ларри к пустыне; разговор в машине и обмен угрозами.

Существует ли связь между всеми этими происшествиями? Или это отдельные события? И если связь есть — а присущее Стиву, как и всем людям, стремление проще смотреть на окружающее и объединять разрозненное подталкивало его к выводу, что такая связь имеется, — то в чем ее суть? Все еще размышляя, он лег в постель, но тут же встал. Смутная прежде тревога внезапно всплыла на поверхность. Подойдя к двери, он открыл ее, потом закрыл. То была грубоватая деревянная дверь, но она легко и бесшумно поворачивалась на хорошо смазанных петлях.

«Кажется, я становлюсь похожим на пугливую старуху, — подумал Стив, но на сегодня с меня достаточно приключений».

Он подпер дверь шкафчиком, положил поближе трость, вновь улегся и заснул.

* * *

В девять утра его разбудил стук в дверь. Как оказалось, стучал один из подчиненных Ферни, сообщивший Стиву, что через час ему следует явиться на расследование гибели Кемпа. Стив обнаружил, что раненая рука его почти не беспокоит, зато сильно болит синяк на плече — еще один сувенир уличной драки.

Он оделся, позавтракал в кафе отеля и отправился в «следственную палату» Росса Амтора.

Коронер — высокий узкоплечий мужчина с болезненно-желтоватым опухшим лицом, вел расследование торопливо, пренебрегая некоторыми деталями юридической процедуры. Стив поведал ему свою версию, маршал — свою, после чего ввели задержанного — массивного австрийца, не говорившего и не понимавшего по-английски. Его горло и нижняя часть лица были обмотаны бинтами.

— Это тот человек, которого вы обработали? — спросил коронер.

Стив вгляделся в ту часть лица австрийца, которую бинты оставляли открытой.

— Не знаю. Лица почти не видно.

— Это тот самый, кого я вытащил из канавы, — вмешался Грант Ферни, — а оглушили вы его или нет — другое дело. Полагаю, вам некогда было его внимательно разглядывать. Но это тот самый парень, точно.

Стив с сомнением нахмурился:

— Я его узнаю, если он поднимет лицо и я посмотрю на него снизу вверх.

— Снимите с него бинты и предъявите свидетелю для опознания, — приказал коронер. Ферни отмотал часть бинтов, обнажив распухшую, покрытую синяками челюсть австрийца.

Стив вгляделся в его лицо. Этот парень мог быть одним из нападавших, но Фрифолл был уверен, что оглушил не его, а другого. Но вдруг он все-таки перепутал лица в пылу драки?

— Вы его узнаете? — нетерпеливо спросил коронер.

— Не припоминаю, что когда-либо его видел, — покачал головой Стив.

— Послушайте, Фрифолл, — нахмурился Ферни, — это тот самый тип, которого я вытащил из канавы, — один из тех, кто, по вашим же словам, напал на вас с Кемпом. Почему вы увиливаете? Что это за фокусы с забывчивостью?

— Не знаю, — медленно и упрямо повторил Стив. — Могу только сказать, что он не первый из тех, кого я ударил и вырубил. Тот был американец — у него было лицо американца. Ростом и фигурой примерно такой же, но этот парень — не он.

Коронер фыркнул, продемонстрировав щербатые желтые зубы, Ферни еще более нахмурился, а присяжные уставились на Стива с откровенным подозрением. Затем Ферни и коронер отошли в дальний угол и принялись шепотом совещаться, часто поглядывая на Стива.

— Хорошо, — сказал наконец коронер, — вопросов больше нет.