Читаем Кошерный путь силы полностью

И мы пошли, причем я периодически дожидался Силя, плетущего сзади еле-еле, пока он приходил в себя окончательно и полностью. Потом уже я еле успевал за ним, так что в лавку Поля Силь практически вбежал первым. Я отстал всего на пару мгновений: вот было у меня ощущение, что они все-таки могут начать выяснять отношения.

Поль стоял за прилавком, и только по этому я его признал. Точнее, предположил -- ну кто еще мог стоять за прилавком Поля в его же лавке, в полном металлическом доспехе с бонусами на защиту, при этом держа в каждой руке по свитку с заклинаниями?

- Не подходи, Силь, а то применю оба сразу.

Пришлось выходить вперед, говорить ласковым голосом, уговаривать, помогать снять с Поля кучу железа, забирать свитки. Один оказался с заклинанием глубокого сна, неужели во втором будет что-то типа "Общего расслабления организма"? Но нет, эффект слабительного со снотворным не получился бы: второй свиток телепортировал объект в случайное место в радиусе 200 метров. Тоже ничего: представьте себе, к примеру, мадам Уткинс, которая, придя к себе в спальню, обнаружит на ней мирно спящего мужчину. При ее-то амнезии. Если бы не квест, было бы даже интересно посмотреть, чем все это закончится.

Обезоружив Поля, заново успокоив Силя, усадил братьев за стол для переговоров.

- Так расскажите мне уже, наконец, что за история с вашей тетушкой и ее наследством? А лучше дайте почитать завещание, а то вы так рассказываете от себя, что у меня из ушей идет пар, а ноги холодеют. Не надо мне делать невинность на ваших лицах: вы же сами друг про друга говорили много и нехорошо. А теперь хочется услышать немного, но правдиво. И я вас умоляю, не переходите на личности, сидите на местах!

Если отфильтровать все оскорбления, угрозы, слухи и прочую чушь, не относящуюся к делу, за следующий час я услышал только две фразы. Во-первых, точного текста завещания братья не помнят, во-вторых, оно находится у семейного нотариуса на хранении. На мое предложение прямо сразу пойти и прочитать завещание братцы-торговцы начали что-то мямлить про неотложные дела, голодные семьи, и в конце концов попросили меня сходить самому.

После допроса с некоторой толикой пристрастия они раскололись, что нотариусу уже так надоели их распри, и постоянные попытки дописать в завещание что-то лишнее, что он пригрозил упечь их в тюрьму при следующей попытке прочитать завещание. Впрочем, оба брата быстренько написали мне записки к нотариусу, где попросили того ознакомить подателя записок с делом, и весьма важно называли меня "мировым поручителем".

На прощанье попросил их на всякий случай пожать друг другу руки -- чуда не случилось. Квест не засчитали, смысла в свитке с пророчеством больше не стало. И что такое "два коротких станут одним длинным", хотел бы я знать?

Семейный нотариус Поля и Силя, некто Крючкис, проживал в скромном, ничем не примечательном домике, недалеко от центра города. Если бы вы попросили меня охарактеризовать этот дом одним словом, ну вдруг бы вам захотелось узнать именно мое мнение, слово бы было -- неприметность. Обычно этим качеством отличаются профессиональные убийцы и адвокаты.

Крючкис оказался гоблином, весьма пожилым и почтенным, даже цвет кожи у него был не зеленый, а какой-то сероватый из-за количества прожитых лет. Ну и, конечно, больше всего бросались в глаза его очки. Большие выпуклые стекла создавали видимость, что вас через микроскоп рассматривает кто-то огромный. Наверное, в глаза господину адвокату особо старались не смотреть.

После вручения ему записок, удостоверяющих мою личность, я проследовал в кабинет и огласил цель своего визита. Прежде чем начать говорить, как всякий уважающий себя адвокат, Крючкис пристально посмотрел на меня, снял очки, протер их, опять водрузил на нос - всеми силами пытался показать мне, какая он важная птица.

- Видите ли, молодой человек, не знаю, сколько вам, но я прожил очень долгую жизнь, и все, кто не разменял первую сотню, для меня -- молодые. Так вот -- видите ли, стремление ваше весьма похвально, если, конечно, вы действительно хотите положить конец вражде этих двух оболтусов.

Я в самых изысканных выражениях заверил гоблина, что действительно именно вражда братьев не дает мне по ночам спокойно спать.

- Я пробовал их уговорить сам, посылал к ним уважаемых людей: все впустую. В завещании ясно говорится, что наследство должен получить один целиком. Ни один из братьев уступать не хочет. Но почему бы вам не попробовать? Читайте.

Передо мной появилась сначала шкатулка, из нее папка для документов, из которой в свою очередь -- достаточно потертый лист бумаги с завещанием. Гоблин объяснил.

- Не придя к мировому соглашению, браться пробовали найти скрытый смысл в тексте, и даже провели несколько опытов над листом, с целью увидеть какой-то невидимый текст. Пока я им не запретил даже смотреть на завещание. Они ведь то дописать что-то хотели, то вычеркнуть: уж больно сумма наследства приличная для нашего города. Целых десять тысяч золотых.

Прочитав завещание первый раз бегло, я обратил внимание на главную часть: