Читаем Корсар полностью

Гарет еще раз оглядел огромную столовую, увешанную портретами суровых мужчин в доспехах и с мечами, женщин, среди которых встречались молодые и миловидные, пожилые и надменные, осмотрел пейзажи, укрепленные на стенах мечи, кинжалы, пики. На дальней стене висело огромное, постоянно вращающееся Колесо жизни. Люди, которые могли себе позволить приобрести такое колесо и обеспечить заклинание, заставлявшее его вращаться, клялись, что оно приносит счастье.

Кроме них в зале никого не было. Слуга молча выслушал приказ Косиры, удалился и через минуту вернулся с графином вина для хозяйки и чаем для Гарета.

— Пять лет назад, — сказал Гарет, чувствуя себя неловко с того момента, как узнал о высоком положении Косиры, — я и подумать не мог, что окажусь в таком особняке, хотя и мечтал об этом.

Косира, не поднимая глаз, пила вино.

— Приятно мечтать, — сказала она едва слышно, — а не знать, что твоя жизнь расписана на многие годы.

Гарет промолчал.

— Именно поэтому я так полюбила улицу, —продолжила Косира. — Я знала… знаю, что моя судьба высечена на камне. Я должна оставаться идеальной девушкой и девственницей, пока какой-нибудь знатный шмель, кружащий вокруг меня, вернее, вокруг моего приданого, не решит взять меня в жены. Потом я должна буду родить столько детей, сколько он захочет, сидеть дома, выезжать только на приемы, в то время как муж будет жить в свое удовольствие, заводить любовниц, участвовать в сражениях, путешествовать по заморским странам… Замужество… замужество… ха!

Гарет решил сменить тему:

— Ты говорила, что живешь здесь с матерью.

— Жила. Моя мать скончалась три года назад.

— Значит, ты живешь одна в этой чудовищной груде камней?

— Если не считать восьмидесяти семи слуг. У меня есть исполнитель завещания, который старается уберечь меня от неприятностей, особенно тех, что я сама на себя навлекаю. Некоторые из слуг, несомненно, являются его агентами, поэтому особенно пошалить не удается. Но иногда заходят друзья, и мне удается выбраться из заточения. Все они, конечно, знатные люди, но некоторые не лишены задора, поэтому иногда случаются приключения.

Но не такие увлекательные, как когда-то с тобой, — добавила она.

— Ты ничего не сказала о своем отце. Косира немного покраснела и сжала губы.

— Извини, — торопливо добавил Гарет.

— Все нормально, — возразила Косира.—Откуда тебе знать. Моя мать обладала еще более мятежным духом, чем я, и предпочла не выходить замуж.

— О!

— У нее были любовники. Десять, возможно, двадцать. Дневник она не вела, или мне не удалось его найти. Один из любовников, не знаю, был ли он таким же знатным, как мать, и стал моим отцом. Я ничего не знаю о нем, и управляющий клянется, что тоже ничего не знает. Все эти знатные бородачи и хмурые дамы, — Косира кивнула на портреты, — родственники с ее стороны. Ее род берет начало где-то в древней истории Сароса, возможно, в те времена, когда первый человек приставил острый кусок кремня к горлу другого человека и потребовал, чтобы тот признал его превосходство, если не хочет иметь сразу две улыбки. История гласит, что мы построили дом на этом холме раньше короля Сароса. Конечно, все ожидают, что я выйду замуж и продолжу традицию. Настанет день, и стены этого особняка украсит мой портрет с соответствующим выражением лица.

— Ну… а ты обязательно должна делать то, что от тебя ожидают? — спросил Гарет. — Я имею в виду, ты и раньше убегала из дома. Разве ты не можешь уехать из Тикао?

— Ты думаешь, никто не будет меня преследовать? Никто не узнает во мне леди Косиру Нагорную, никто не сообщит управляющему, который с проклятиями и скандалом водворит меняна прежнее место?

— Можешь хоть попробовать. Косира задумчиво посмотрела на него.

— Возможно, ты прав. По крайней мере, можно попробовать, а не сидеть здесь и жалеть себя.

— Я не хотел поучать тебя.

— Почему? Всем другим кажется, что они лучше меня знают, как я должна прожить свою жизнь.

Гарет встал и потянулся за плащом.

— Прости, — сказала Косира. — Не следовало говорить эту глупость, ты ее не заслужил. Гарет, я очень рада, что ваши с дядей дела идут успешно и все твои путешествия заканчивались благополучно. Поверь, я следила за тобой.

— Спасибо.

— Я просто устала, плохо спала прошлой ночью.

— Мне очень жаль. Косира пожала плечами:

— Все началось с длинного скучного вечера, который я провела с тем, кого вряд ли можно считать твоим другом.

Гарет ждал.

— С Антоном, младшим сыном лорда Квиндольфина, который считает себя великим мастером ухаживания. — Косира с трудом сдерживала зевоту. — Я, конечно, не сказала ему, что считаю его самого и его семью заслуживающей того, что мы сделали на свадьбе его сестры.

Гарет медленно покачал головой. Эти проклятые Квиндольфины, казалось, пытались, подобно хорькам, проникнуть в его жизнь со всех направлений.

Косира словно прочла его мысли.

— Я бы предпочла выйти замуж за его сестру или за одну из тех свиней, только не за него.

— Я очень рад этому, — сказал Гарет и накинул плащ. — Мне правда пора уходить, но могу я увидеть тебя снова?