Читаем Короткий триллер полностью

И бросился — но не к двери, как предположил Тэд, а прямо к гробу. Сюзанна тоже удивилась, и Тэд это заметил. Она даже не сопротивлялась, когда подскочивший одним прыжком Чарли толкнул ее на место и тут же закрыл крышку.

— Что происходит, Тэд? — прошипели снизу.

— Не знаю, — в крайнем изумлении произнес Тэд. — Он закрыл ее. А теперь что-то достает из-под койки. Похоже на… О, Господи! Боже мой, нет! — в голосе Тэда послышался ужас.

Снизу донесся сдавленный смех, один из удерживавших ноги парней вдруг дернулся, и Тэд, вскрикнув, полетел на землю. Не успели приятели прийти в себя, как из комнаты Чарли донесся жуткий вопль, и все застыли на месте. Мучительный предсмертный женский крик сменился еще более пронзительным.

Тэд с трудом поднялся на ноги и бросился за угол. Подбежавшие друзья увидели, как он раз за разом с яростью бросался на тяжелую входную дверь. Один из парней не потерял головы: отогнав остальных, он подхватил стоящий рядом с витриной стул и, размахнувшись им, ударил. Тэд оказался внутри первым, едва наземь осыпались осколки стекла. Вопли в комнате достигли апогея. И внезапно смолкли, когда компания подскочила к двери.

Тэд и здесь был первым. Он тихо застонал, увидев происходящее. Плетеный из прутьев гроб все еще покоился на деревянных козлах, куда его поставили лишь несколько минут назад. Чарли стоял над ним с колотушкой в руках. Из гроба донесся слабый клокочущий всхлип и длинный деревянный кол, вбитый сквозь плетеную крышку, слегка шевельнулся. Останки женщины содрогнулись в последний раз, и кровь закапала на пол.

Тэд принялся вопить…

Позже, когда Тэда и Чарли схватили и увезли, все сошлись на том, что виноват был Тэд. Все, кроме мистера Экинса. Тот пил целую неделю, не переставая себя укорять, — в конце концов, чертовски глупо было рассказывать Чарли о верном способе убить вампира, забив ему кол в сердце…

Старик Мэссон, смотритель одного из самых старых и заброшенных кладбищ Сэлема, враждовал с крысами. Они обосновались здесь с давних времен, покинув верфи, — целая колония необычайно крупных крыс. Вступив в должность после необъяснимого исчезновения бывшего смотрителя, Мэссон решил изгнать их. Он ставил ловушки и подбрасывал к их норам яд, но все было напрасно. Крысы остались, продолжали плодиться и носились по кладбищу хищными стаями.

Они были слишком крупны даже для крыс вида «mus decumanus», достигающих иногда пятнадцатидюймовой длины, не считая голого розово-серого хвоста. Мэссон подмечал особей размером с крупную кошку, а когда могильщики случайно обнажали норы, то открывшиеся зловонные туннели были так велики, что туда мог вползти человек на четвереньках. Да, корабли, прибывшие в незапамятные времена из дальних портов и бросившие якоря у гниющих Сэлемских верфей, привезли странный груз.

Иногда, поражаясь необычному размеру нор, Мэссон вспоминал неопределенные, пугающие легенды, услышанные им после приезда в старинный Сэлем — город ведьм. Легенды рассказывали о зловещей, нечеловеческой жизни, якобы существующей в заброшенных подземных норах. Времена, когда Коттон Матер искоренял дьявольские секты, поклонявшиеся Гекате и темной Магна Матер и справлявшие ужасные оргии, миновали. Но так же, как тогда, кренились друг к другу закопченные домики с двускатными крышами над булыжными улицами и велись те же разговоры о таинственных подземных пещерах и подвалах, где кроются оскорбляющие Бога тайны и празднуются забытые языческие обряды — в нарушение закона и здравого смысла. Мудрые старики, покачивая седыми головами, уверяли, что в пещерах под старинными кладбищами Сэлема прячутся существа похуже червей и крыс.

И откуда этот необъяснимый страх перед крысами? Маленькие свирепые грызуны не вызывали симпатии у Мэссона, но он уважал их, поскольку сознавал опасность, таящуюся в блестящих, острых словно иглы зубах. И все же он не понимал, почему старые жители испытывают страх перед заброшенными домами, населенными крысами.

До смотрителя доходили слухи о каких-то упырях, обитающих глубоко под землей и способных управлять крысами, манипулируя их ужасными отрядами. Старики шептали, будто крысы — это посланцы, снующие между этим миром и мрачными древними кавернами глубоко под Сэлемом, что тела из могил похищаются ими для ночных подземных пиршеств. Миф о «Гамельнском дудочнике», несущий в себе кощунственный ужас, и черные бездны Авернуса породили адских чудовищ, избегающих дневного света.

Мэссон не верил этим россказням. Более того, он изо всех сил старался скрыть от посторонних само существование крыс. Он понимал, что если начнется расследование, неминуемо вскрытие многих могил. И если несколько изгрызенных гробов можно объяснить действиями крыс, то как объяснить увечья на сохранившихся телах?..