Читаем Короткий триллер полностью

— Кроме того, Ник оказался чертовски глуп, — взглянул на мать из-под кустистых бровей Майкл Гатро. — Фараон остановил его машину лишь потому, что ему показалось, будто Ник пьян. Но мой брат, этот идиот, даже не выслушал, чего от него хотят, и пустил в ход нож. Проткнул фараона по меньшей мере десять раз, разнес его на куски. Глупый молокосос. Дело о вождении в пьяном виде можно было замять за сотню-другую.

— И вспомни, мама, — добавил Питер. — У Лори, полицейского, были жена и четверо малышей. Это убийство попало на первые страницы всех газет. Ник и должен был получить смертный приговор. Толпа линчевала бы любого федерального прокурора, требующего чего-либо меньшего. Когда подали апелляцию, эти новые члены суда не оставили ни одного шанса на пересмотр дела.

— В первый раз в жизни, Майкл, ты прав, — сказала Кэтрин. — Ники глуп. И заслуживает смерти хотя бы за идиотизм. Все оказалось бы простым, если бы он умер прямо сейчас.

Оба сына посмотрели на нее в полной растерянности.

— Я… не понимаю, — произнес Питер. — Если ты желаешь его смерти, то при чем здесь мы?

— Вы мои сыновья, — проскрежетала Кэтрин. — Вы сильные. Вы не стали бы убивать полицейского, окажись в той машине. В отличие от Ники, на вас я могу положиться в плохие времена.

Казалось, она съеживается на своем стуле и уменьшается прямо на глазах.

— Но если вы — могучие деревья, то Ник все равно что травинка, слабое растеньице. Еще мальчишками, когда вы дрались, вы не жаловались, даже если вам крепко перепадало. А Ники всегда прибегал ко мне похныкать, как жалкий щенок. Мне и тогда было стыдно за него. Этот подлый страх остался с ним навсегда. Мы с отцом много раз вытаскивали его из неприятностей — сам-то он боялся улаживать их, несмотря на то, что носил фамилию Гатро. Но убийство полицейского — это слишком. Ники больше мне не сын…

— Тогда почему бы не предоставить его палачу? — грубо спросил Майкл.

Кэтрин повернулась к Питеру:

— Будут ли при казни репортеры?

— Да, думаю, как минимум один или два. Отчеты пойдут во все службы новостей — ведь это первая легальная казнь за много лет. Дело получит крупные заголовки.

— В этом и заключается проблема. Ведь Ники не пойдет на виселицу как мужчина. Он будет пускать нюни и умолять о пощаде всю дорогу, какие бы успокоительные таблетки ему ни давали. В таком виде он и появится в газетах: «Член семьи Гатро умер с достоинством визжащей раненой крысы, испустившей дух в канаве». Можете представить все бесчестье, которое принесет эта казнь нашей семье? А враги? Они готовы воспользоваться любой слабинкой в клане Гатро!

Кэтрин свесила голову, и лицо ее превратилось в трагическую маску. Внезапно она очнулась и пронзительно воскликнула:

— Ради чести моего покойного мужа, он не смеет умирать с трусливыми воплями!

И она выпрямилась на стуле, с явным усилием взяв себя в руки.

— Прошу прощения, — произнесла она мертвым, спокойным голосом. — Не следует поддаваться эмоциям. Необходимо найти выход из положения. Слушаю ваши предложения.

Несколько минут в комнате царило молчание, все трое обдумывали ситуацию.

— Нет смысла завязывать обычные контакты, — сказал, наконец, Питер. — Ребята не захотят проникать в тюрьму. А если и проберутся, вряд ли сообразят, что можно сделать.

— Надо поручить это одному человеку, — заметила Кэтрин. — Человеку с оригинальным мышлением, который видит вещи под особым углом зрения, не так, как другие.

Питер глянул на мать, потом на Майкла и снова на мать:

— Шенди, — прошептал он.

— Этот мерзавец, — прорычал Майкл.

— Возможно. Но в свое время он разработал для нашего бизнеса кое-какие трюки, требующие большого воображения.

— Слушай, ведь он настолько стар, что может загнуться, едва лишь потребуется настоящее дело. И кроме того, я не доверил бы ему именно это — слишком рискованно.

— Вся штука в том, что он умеет внушить к себе необычайное доверие, вот почему он был первым мошенником в нашей округе. Если кто-то и сможет помочь в деле Ника — это Шенди.

— Между прочим, он должен нам больше пяти тысяч, и я дал ему понять, что мне не нравится, когда долг не отдают вовремя.

— Так вот, Майкл, поскольку Шенди — единственный, кто может нам помочь, тебе придется с ним подружиться, — подвела итог Кэтрин.

Маленький человечек в грязной квартире по соседству с городскими трущобами ожидал визита Кэтрин Гатро в ближайшие две недели. Именно столько времени оставалось до казни Ника Гатро.

Он не удивился, когда черный лимузин остановился у края тротуара под его окном. Из машины вышли Питер и Майкл Гатро. Они плечами потеснили какого-то прохожего, затем Питер возвратился к машине и помог выйти матери. Они поднялись по старым ступеням к дверям дома. В квартире задребезжал звонок, и человечек нажал кнопку, высвобождающую задвижку на двери. Он встретил Гатро в прихожей и провел в комнату. Пока троица с отвращением озиралась, он сел в единственное не заваленное барахлом кресло и выжидающе уставился на них.

Майкл Гатро подошел к нему, наклонился и собрал в кулак рубашку на его груди.