Читаем Коронавирус полностью

– Привет, привет. Давно не слышались. А я уж думал, что все. Поглючило немного меня и отпустило. Самовыздоровление, так сказать, наступило. Пришла расстроенная психика в норму.

– Да все у тебя нормально. Не болен ты. Это мое сознание к тебе подсадило, а что и как – не понятно. Я тут у тебя в памяти копаюсь потихоньку, а ведь известно у вас о таких случаях. И раньше случалось подобное. Не часто, но было. Описаны уже такие случаи.

– Ну ты крут, Сов Арт… В памяти он моей, видите ли, копается. А разрешение у хозяина этой памяти спросить? На раскопки. Да, и накопал ты брат… Это, в книжках про попаданцев такое пишут, мною в свое время немало прочитанных. Про переносы сознания всякие разные. Литература это, типа сказок для детей и взрослых…

– Ну пусть и в сказках, но я то не в сказке, я то на Земле, в России…

– Вот тут я с тобой согласен, на все сто, Россия тебе, брат, не сказка…

– Ну, у вас то еще ничего… Бывает хуже.

– Нет идеала в реальности, согласен. Но уж коли ты ко мне подселился, устроил, понимаешь, коммуналку в лучших советских традициях, то хоть о себе расскажи. Что за сосед у меня, хоть знать буду. Опасаться, если что.

– Да я вроде уже говорил. Сов Арт, капрал первого уровня, бывший космодесантник.

– А, почему бывший?

– Был ранен при высадке на одну из планет Чужих. Название ее точно не помню, что-то из нескольких цифр, а их самоназвание не произносимо. Война у нас идет. Мы с Чужими, одновременно в колониях постоянно бунтуют… Не спокойно во многих секторах.

– Чего в армию то занесло?

– Мечты.

– Не понял. Мечтал воевать? Ну и сосед мне достался. Просто монстр какой-то. Милитарист.

– Не воевать. Инженером я хотел стать. А это учиться надо долго, дорого очень. Я с маленькой аграрной планеты. Семья не богатая. А если в армии два больших контракта отбарабанил, то Империя обучение в высшей школе оплачивает.

– Большой контракт – это сколько?

– По-нашему пять планетарных стандартных циклов, ну как у вас – годов…

– Не годов, а лет.

– А, точно – лет. Немного дослужить уже оставалось, а тут ранили. Тяжело…

– Так, Сов, извини, потом доскажешь – клиент, сам понимаешь, работать надо…

– Хорошо, хорошо. Больше не отвлекаю.

Клиент. За сегодня первый. Гололед на улице. Народ поэтому по домам сидит. Администрация местная мышей не ловит, а бизнес страдает… Им то что, у них оклады, а нам денежку зарабатывать надо.

По виду – сельский, из района. Утепленные железнодорожные сапоги, камуфляж офицерский, шапка норковая. Крепкий хозяин. Выбрит до синевы. Трезв.

– Доброе утро.

– И Вам всего доброго.

– Что привело к нам?

– Да вот, хотел деньги бумажные показать. Давно у меня, еще с девяностых. Консервами рыбными в районе тогда занимался, вот у одного мужичка и попутно сменял. Как сейчас помню, за восемь банок горбуши. Времена были интересные, сейчас с парнями иногда вспоминаем. Привез я их, деньги эти старые, да и потом забыл про них. В прошлом месяце в гараже прибирался и наткнулся… Тут все по телевизору про кризис говорят, про эпидемию коронавируса, а в кризис, сам понимаешь, не бумага старая, а реальное что- то нужно. Не продать их хочу, на лом серебра поменять. Надо мне для дела. Бумажку за грамм. Можно техничкой, или ложками съеденными, я уже как-то у автовокзала старого в магазине год назад менял…

Ага, только в прошлом месяце боны в гараже нашел, а год назад у Вольдемара уже в скупке на лом менял… Интересный дяденька. И с ценой уже определился, вернее, определили его. Судя по месту, ну где его определили, что-то у него явно хорошее… В том месте больше десятой части стоимости и не дают, а иногда и просто на бутылку кинут… И арго – ложки съеденные – тоже оттуда, из скупки.

– Показывайте Ваши сокровища бесценные. Если интересно мне будет – поменяю. Есть немного ложечек, как Вы говорите – съеденных.

– Червонцы у меня. Советские еще. Красненькие. С Лениным. Много. У мужика десять пачек было, бумажкой каждая пачечка скреплена. Десять пачек по сто штук. Всего тысяча. Не знаю, где он уж их взял. Посмотрите – как новенькие. Но они все одинаковые, поэтому по оптовой цене и продаю. Сам торговал, знаю – оптом дешевле, без разницы – купить или продать.

И выкладывает стопочкой свои червонцы. Даже двумя. В каждой стопочке по пять пачек. В банковской упаковке. Правда, порвана упаковка. Ой зря, зря… На прилавок. Прямо на стекло. Нет бы рядом, на столешницу откидную.

Ну, все верно, боны по три червонца, последнего типа, на всех 1937 год. В обращении были с тридцать восьмого. Портрет вождя. Кстати, первые бумажные денежные знаки, где Ленин изображен. До реформы 1947 года в обороте они были. Больше червонцы уже не выпускали, все номинировали только в рублях…

А состояние то какое хорошее – не перегибов, ни грязи… Не пресс, но в ходу почти не были. Да, спасибо тебе, Вольдемар, за работу на ниве народного просвещения, хорошую поляну с коньяком ты точно заработал… И не одну. Но, не получишь ты их. Не надо тебе знать про эту сделку. Шибко завистливый ты и жадный. Конкурент, одним словом. Заклятый.