Вы ошибаетесь. Это мучительно. Но дело не в еде. Папа готовит восхитительно, а мама прикрыла пригоревшие кусочки безе сливками. Что ещё лучше, няня Альфи тоже там, и она приготовила сладкое чури, при одной только мысли о котором у меня заранее текут слюнки.

И дело не в том, что наши родители невежливые. Мы все ведём себя наилучшим образом. Альфи сама учтивость, когда передаёт соль. Я жую с закрытым ртом. Даже дедушка производит в меру хорошее впечатление обычного родственника. Он пока не взорвал ни одного столового прибора.

Но как только чури исчезает в наших желудках, братьям и сёстрам Альфи разрешают поиграть на улице. Но мы с Альфи не можем подняться из-за стола.

Это потому, что наши родители продолжают сидеть за ним. И мы вынуждены сидеть вместе с ними.

Потому что чем дольше они говорят, тем больше мы беспокоимся, что они могут обнаружить нечто странное. Например, правду, стоящую за нашими долгими дневными тренировками с дедушкой. Или истинную причину того, почему у нас ухудшилась успеваемость. Или то, что я лишилась бровей вовсе не в результате невероятно трагической поломки ксерокса в школьной библиотеке.

Но оказалось, что мои родители вовсе не думают, что Альфи дурно на меня влияет. Более того, он им нравится. По их мнению, это просто замечательно, что у меня наконец-то появился друг! Что, конечно, мило с их стороны, но зачем говорить «наконец-то». Звучит довольно обидно.

Что ещё лучше, родители Альфи тоже не считают меня дурным влиянием. Когда поднимается тема оценок, Альфи пускает в ход всё своё неотразимое обаяние, чтобы убедить наших родителей, что мы всего лишь «проходим фазу».

И те не против. Им хочется, чтобы мы остались друзьями.

Это означает хорошие новости. И заключаются они в том, что моим родителям нравятся родители Альфи, и это чувство определённо взаимно.

Но вместе с тем это плохие новости. Шутки в сторону. Наши мамы теперь лучшие подруги, а наши папы хотят тусоваться и играть в видеоигры. Родители Альфи даже пригласили нас к себе на барбекю в следующую субботу. Звучит заманчиво, и я с нетерпением жду этого дня.

Но есть одно «но». На этот день дедушка записал нас на уроки пилотирования ковров-самолётов с опытным пилотом из Царства Драконов.

Так что да. Если мы проходим фазу, она может слегка затянуться…

В конце вечера, когда наши гости уже разошлись, мама крепко меня обнимает. Папа присоединяется к ней.

Я улыбаюсь и обнимаю их в ответ. Думаю, некоторые ужины действительно стоят того, чтобы ради них пересечь пространство и время и победить вселенское зло.

Глава 28

На следующий день Альфи, Брюс и я сидим на скамейке возле тронного зала королевы фейри. На мне пара просторных красно-коричневых шаровар с топиком в тон, которые мама Альфи откопала в глубинах своего гардероба. Дедушка настоял на том, чтобы я принарядилась, и он прав. От этого я нервничаю чуть меньше. Кроме того, разнообразия ради, сегодня мои волосы выглядят вполне прилично. Просто диву даёшься, на какие чудеса способны парикмахеры-фейри! Даже мой непокорный голубой локон и тот ведёт себя смирно.

Прошло меньше суток с тех пор, как мы были здесь в последний раз, но кажется, что минула целая вечность. Я невольно задумываюсь обо всём, что произошло за такое короткое время…

Брюс смотрит на меня и фыркает.

– Чего нос повесила, Ученица? Для тебя великая честь, что Зимняя королева хочет тебя видеть.

Старый череп лежит на скамейке между мной и Альфи. Для особого случая он прихорошился тоже: благодаря умелому нанесению зубной пасты и применению электрической шлифовальной машинки нам удалось вернуть его обычный искрящийся белый оттенок.

– С чего ты взял, что я его повесила? – парирую я. Вообще-то я счастлива, как никогда. Корона Судьбы вернулась к своей законной владелице. Дворец фейри был волшебным образом отремонтирован, и ни одной лягушки в нём не видно. Нам с Альфи разрешено вместе гулять после школы. И да, мне скучновато без моих бровей, но это небольшая цена.

Единственная настоящая проблема – это Горгомот. На его летающую крепость в Царстве Троллей наложен арест – за нарушения строительных норм, мошенничество со страховкой и заговор с целью поработить Вселенную. Разрозненные остатки его некогда могущественной армии – во всяком случае, те, которые вернулись к работе после того, как Альфи дал им выходной – отступили в Царство Гоблинов. Но сам Злой Повелитель всё ещё в бегах, и, несмотря на объявленную во всех Девяти Царствах тревогу по поводу разъярённой зелёной лягушки, его пока никто не видел.

– Я просто задумалась, – говорю я Брюсу, хотя сомневаюсь, что он способен отличить задумчивость от страданий. Вы знаете почему. Бровей-то у меня нет.

– Ты думаешь о том, насколько бесценен мой вклад в ваш успех? – спрашивает Брюс.

– Нет.

– О том, как я своими энциклопедическими знаниями спас положение? – уточняет он.

– Нет.

Брюс на миг задумывается.

– Я знаю. Ты думаешь о том, чтобы купить мне пони. Вот и всё, не так ли?

По идее я должна улыбнуться. И мне кажется, что Брюс улыбается в ответ. Но затем он портит момент, щёлкая челюстью.