Читаем Королевство пепла полностью

Тем не менее, когда Аврора переворачивала страницы, история отличалась от знакомой ей версии. Алиссайя получила слишком много власти, говорили они. Она могла заставить деревья поклониться ей, если желала, могла изменить направление рек и выхватить птицу с неба. Люди её боялись. Девушка, что говорила с природой и заставила землю приветствовать их, была полезной. Женщина с этой властью, смелая, бесстрашная, никем не покоренная, была чем-то другим. Они не доверяли волшебнице, что могла столько всего сделать с их мыслями. И потому они убили её за несколько дней до коронации. Алиссайнцы пересекли океан ради возможностей и магии, а нашли её в руках некогда любимой принцессы и испугались.

Аврора сидела на полу. Она прежде не слышала этого, но после своего опыта в Алиссайнии видела смысл. И что более вероятно — исчезнувшая в тумане прекрасная королева, или принцесса, что вынуждена исчезнуть, прежде чем взошла на трон, потому что другие люди хотели её власти?

Может быть, Алиссайя была в состоянии бросить вызов тем, кто пытался её контролировать. Может быть, она правила, была счастлива, а правда закрутилась в море времён.

Аврора не была уверена в том, что видела. Алиссайя могла не быть первой королевой, но была первой ведьмой своей страны. Аврора понимала, как это опасно.

Восемь

Финнеган вернулся в библиотеку после обеда и провёл Аврору через дверь на втором балконе. В маленькой квадратной комнате со столом в центре было несколько коробок и пустые полки.

— Это коридор между моими комнатами и библиотекой. Думаю, хорошее место для практики, так что я тут всё убрал.

— Ты убрал?

— Ну, слуги убрали, — поправился он. — В любом случае, в коробках свечи, и никаких книг для сжигания. Я думал, это поможет.

— Да, спасибо, — она подошла к ближайшей коробке и посмотрела на свечи. Все они были разных размеров и цветов, словно Финнеган думал, что оттенок воска имеет значение. Она выбрала твёрдую и квадратную и поставила на стол, после отступила назад и посмотрела на фитиль.

— Подожди, — Финнеган подошёл к ней. — Кулон. Мы должны его убрать. Я предпочёл бы, если б ты не сожгла весь дворец, — он поднял цепочку и расстегнул застёжку. Металл щекотал шею Авроры, когда он снял его.

Дракон был маленьким, но она почувствовала его пропажу и прижала пальцы к тому месту, где он был.

— Как думаешь, из-за ожерелья магия потеряла контроль в деревне, в Алиссайнии?

— Может быть. Но я предпочёл бы быть не в своих покоях, когда мы узнаем.

Финнеган отступил в тень, и Аврора вновь сосредоточилась на свече. Ей нужен свет. Она делала это раньше. Так что она смотрела на него, заставляя по воздуху пробежать послушное намерение. Гореть.

Ничего не произошло.

Она чувствовала, что Финнеган наблюдает за ней. Ожидает. Предвидит магию.

— Ты можешь быть где-то в другом месте? — спросила она.

— Пытаешься избавиться от меня, девочка-дракон?

— Нет. Но ты не боишься? Я ничего не знаю о магии. Уверена, что когда-то почти сожгла Родрика. Тебе не кажется это… нервирующим? Безопаснее быть подальше.

— Нервирующим? — засмеялся Финнеган. — Аврора, это удивительно. У тебя есть власть сжигать вещи, если ты хочешь. Ты можешь смотреть в глаза дракона и жить, чтобы смеяться от этого. Почему я не хотел бы видеть того?

— Я могу сжечь тебя.

— Не знал, что ты так беспокоишься обо мне. Не волнуйся, Аврора. Я постараюсь не попасть под твой гнев.

Теперь наступила её очередь смеяться.

— Думаешь, можешь этим управлять?

— Нет, но готов рискнуть.

Она откинула волосы с лица и уставилась на свечу.

— Проблема в том, что я не знаю, с чего начать. Я пробовала раньше — стояла в комнате, смотрела на свечу и думала о пламени. Не сработало. Ни разу. Всегда случайно. Или, думаю, я делала это, когда была настолько вовлечена в дела, что не задумывалась даже. Это просто случилось.

— Тогда, может быть, не надо так стараться, — сказал Финнеган. — Пытаться зажечь.

— Я должна сосредоточиться не на зажигании?

— Я имею в виду, что ты ничего не можешь сделать, просто захотев этого. Если думаешь о себе, сделавшей, не сдвинешься с места. Ты не можешь думать о перемещении ноги — просто переставляешь её.

Она вновь пробежалась пальцами по волосам.

— Это не так. Дети должны думать о ходьбе. Как я буду практиковаться, если не буду думать о том, о чём я делаю.

Финнеган подошёл ближе и положил руку ей на спину.

— Ну, — его голос звучал низко, — что ты чувствовала, когда в последний раз использовала магию?

Она закрыла глаза, протягивая руку к памяти, к следам магии, что не позволяла себе ощутить. Она чувствовала власть, отчаянье, что сжигало её кожу и кости. Опасность.

Но она стояла в затемнённой комнате и чувствовала только остатки. Плоть, кровь, золотистые локоны слишком знали о стенах вокруг неё.

— Это тяжело. Чувствовать то, чего я на самом деле не чувствую.

— Если ты недавно это чувствовала, то можешь почувствовать снова.