- Глупцы!  Всеотец не придёт, - звоном донёсся откуда-то сверху голос Данмора. – Без Сынов Аннама Остория потеряна – как и расы всех великанов. Без своих бессмертных королей они погрузятся в вечный хаос и дикое безумие – это так же верно, как и то, что вы утонете во всепоглощающей тьме своих холодных сердец.

Пол раскрошился под ногами, а вокруг взметнулись отвесные каменные стены. Ланаксис почувствовал, что падает вниз, и понял – началось его погружение вглубь промёрзшей равнины, а вместе с ним и Мрачного Дворца и всей Остории. Скоро ничего не будет напоминать об империи великанов, кроме свалившихся колонн и разрозненных остатков древних дворцов; и показалось титану тогда, что даже вечный холод тени Отейи – недостаточное наказание за такое злодеяние.

Пошёл снег – большие, тяжёлые хлопья. Как Данмор и предрёк, в небе Ланаксис не видел ничего – лишь пустой, промозглый сумрак.

СТЕНЫ ПОЛУНОЧИ

Марк Энтони

Тэльфирские Эдды, 342 ЛД

Перед тёмной крепостью стояла воительница, чьи глаза цвета индиго тщательно изучали цель, а крепкие руки непринуждённо упирались в бёдра. Солнечный свет срывался с её коротких светлых волос и тонул в черноте её кожаной, плотно облегающей одежды.

Через какое-то время женщина выругалась, и от её дыхания в осеннем высокогорном воздухе закружились белые призрачные облачка. Мрачная твердыня возвышалась над гранитными стенами отдалённого плоскогорья – точь-в-точь зазубренный ониксовый нож, вонзённый в холодное, продуваемое небо. Внешняя стена казалась гладкой, точно стекло. Похоже, будет не так уж просто, как она поначалу думала. Однако у женщины была миссия, и она намеревалась её выполнить. Воительницу звали Равендас, и давным-давно она дала себе клятву, что станет сильной, несмотря ни на что.

Десять дней назад кулак воительницы соприкоснулся с деревом врат Тёмного Оплота, западной крепости Жентарима – когда она пришла туда, намереваясь стать агентом Чёрной Сети. Этот тёмный альянс жадных до могущества волшебников, жестоких воинов и священников, служащих извращённым божествам, постоянно строил планы по распространению свой власти над Сердцеземьем. А это значит, что, скорее всего, Жентарим всё время был в поисках новых рекрутов, желающих в жизни лучшей доли. Стражи, выглядевшие так, будто вот-вот кого-нибудь прирежут, провели её внутрь, где её ожидала аудиенция у Семеммона, лорда Тёмного Оплота.

- Чтобы Жентарим тебя признал, ты должна доказать, что достойна этого, - сообщил скрытый в тенях своей подземной приёмной лорд. Он дал женщине задание – добраться до Закатных Гор, до башни под названием Гуртанг, и вернуться назад, раздобыв запрятанный там магический артефакт – Палец Цкай-эль-Цкаана.

И вот теперь, Равендас протянула руку и коснулась холодного чёрного камня твердыни. Поверхность оказалась странно скользкой на ощупь, почти масляной, хотя влаги на коже не оставалось. Стена была идеальной – ни единой трещинки или выбитой ветром впадины. Однако сама Гуртанг сложена была довольно просто: круговая защитная стена в тридцать метров высотой, и центральная башня внутри неё – острая зазубренная обсидиановая заноза.

Нахмурившись, Равендас прикусила губу. Отсутствие выступов, за которые можно было ухватиться, осложняло дело. Но всё-таки, она пришла подготовленной. Сбросив с широких плеч походный рюкзак, женщина вытащила оттуда верёвку, крючья и перчатки. Приложив один из стальных стержней остриём к стене, она замахнулась небольшим молоточком и сильно стукнула по клину, загоняя тот в камень.

- Яйца Малара! – громко ругнулась воительница, выронив разом и молоток, и крюк, и схватившись за ноющую руку. Во имя кровожаднейших из богов, это было больно! Она осмотрела стену; удар не оставил ни царапины.

Словно звон колокола, в холодном воздухе поплыл раскатистый смех.

С грацией хищницы Равендас высвободила меч из ножен. Солнце уже закатилось за западную кромку долины, поэтому женщине пришлось всматриваться в сгущающуюся тьму. Как кто-то смог подкрасться к ней незаметно?!

- Меч тебе не понадобится, - сообщил голос, эхом отражающийся от камней вокруг.