Читаем Королева умертвий полностью

Получив инициацию — отдав свою волю Эгертону, — все его солдаты находились в пассивном подчинении у своего командира, и притом не отдавали себе в этом отчета. Эгертон поддерживал такое состояние без особых усилий со своей стороны: все было как было. Солдаты из его шагата также не были марионетками — подобно «бегунам», созданиям магини Тегамор. Они имели собственную жизнь, личное представление о том, что есть хорошо и что плохо. Отсюда и их бесконечные ссоры, кстати, ведь все они были агрессивны. Общим у них оставалось лишь одно: их незыблемая, никогда не оспариваемая преданность командиру.

Они расположились на отдых на берегу мертвой речки. Ее воды журчали, и это было единственным звуком, который нарушал здешнюю тишину. Казалось, сожженный мир не может наслушаться безмолвия после криков боли и отчаяния, после рева пламени и треска погибающих деревьев, грохота разрушающихся скал и грома, с которым обрушивались человеческие жилища.

Эгертон пытался представить себе, каким был этот мир до Катаклизма, но не мог. Ему думалось, что эти горы от начала времен были такими мрачными и черными.

Очередной приступ боли пронзил его левый бок. У Эгертона почернело в глазах, и даже тот слабый свет, который имелся на Темной стороне, померк для тоаданца. Он повалился на землю, стиснул зубы и затих. Спустя миг он решился перевести дыхание.

Ему показалось, что один из солдат наблюдает за ним. Эгертон открыл глаза. Точно. Сафрур смотрел на него, раздувая ноздри, точно принюхивался.

— Что тебе нужно? — Эгертон с трудом нашел в себе силы, чтобы заговорить.

— Ничего… Показалось, что ты помираешь.

Сафрур облизнулся.

— Не надейся, — оборвал Эгертон.

— Да я так… — Сафрур отвел взгляд. — Я ж не убивать тебя собрался. Я сам за тебя умру, мой командир, клянусь! Да здесь все умрут за тебя с радостью, уж ты-то должен это чувствовать. Просто… Если ты умираешь, лучше тебя… ну, употребить в пищу. Пока ты еще жив. Чтобы добро не пропадало.

— Добро не пропадет даже в том случае, если я умру, — ответил Эгертон. — Тут много охотников до падали.

— Да, но я-то падали не ем, — просто возразил Сафрур. — Я предпочитаю свежатину.

— Мои поздравления, — иронически улыбнулся Эгертон. Ему удалось блокировать боль, и сейчас он разговаривал внешне совершенно спокойно. — У тебя поразительно редкий для Темной стороны вкус.

— Ты неверно меня понял, командир. Я действительно верен тебе. Я мог бы вернуть тебе жизнь, если бы ты вдруг ее утратил, вот что я хотел сказать.

Сафрур разочарованно отошел. Эгертон опять закрыл глаза.

Он попытался вызвать перед внутренним взором образ Тегамор. И снова увидел ее в башне каменного дома в Соултраде. Женщина была обнажена. Кинжалы, вживленные в ее тело, блестели в свете свечи. Она медленно натирала себя ароматическим маслом. Прислужница, недавно вышедшая из рук Мастера Плоти, маленькое существо с длинными шелковистыми волосами и десятком тончайших пальцев на каждой руке, возилась у ног магини, умащая ее ступни и разрисовывая икры темно-зелеными узорами.

Очевидно, Тегамор готовилась к очередному заклинанию. Эгертон даже мог предположить, что оно будет иметь отношение к трансформации живого существа. Постепенно, очень осторожно расширяя свой внутренний взор, тоаданец смог увидеть и помещение магической лаборатории. Ага, а вот и объект магического эксперимента! В углу комнаты сидело, прикованное к стене цепью, существо, похожее на крысу и на человека одновременно. Очевидно, очередной неудачный экземпляр из лаборатории Мастера Плоти. Таких маги скупают по дешевке, чтобы те служили им подопытными животными. Если опыт не удастся — что ж, животное можно умертвить и легко заменить другим.

Внезапно Тегамор замерла и прислушалась. Застыла на месте и прислужница.

Тегамор отбросила ее в сторону ударом ноги и снова окаменела в неподвижности. Прислужница быстро отползла в угол, закрыла лицо волосами и съежилась на полу.

Тегамор больше не обращала на нее никакого внимания. Она принялась озираться по сторонам в поисках незримого наблюдателя. Эгертон понял, что она наконец почувствовала его присутствие. Странно, что этого не происходило раньше. Единственное объяснение подобному обстоятельству могло заключаться в том, что Тегамор была слишком сосредоточена на своих исследованиях.

Магиня осторожно приблизилась к рабочему столу и взяла в руки небольшую шкатулку из черного дерева. Эта вещь обладала своеобразной красотой, как и многое в Соултраде, однако красота эта была извращенной и заключала в себе нечто болезненное. Эгертон хорошо сумел рассмотреть фигурки, украшавшие шкатулку: сплетенные не то в единоборстве, не то в любовном экстазе напряженные мужские и женские тела с искаженными пропорциями.

Открыв шкатулку, магиня взяла оттуда горстку зеленоватой пыльцы и осторожно сдула ее с ладони. Комнату окутало мерцающее сияние. Похожее заклинание было известно Эгертону. Оно позволяло выявить незримое, заставить невидимого соглядатая проявиться. Обычно в магическом сиянии проступает темный силуэт того, кто доселе оставался незамеченным.