Читаем Королева умертвий полностью

— А, демоны… — Хейт пренебрежительно отмахнулся. — Да, в общем-то, ничего особенного. Я лишь хотел сказать, что демоны — чистильщики вселенной. Не посланцы Мировой Тьмы, не слуги Мрака и Небытия, как любят болтать трусы и суеверные глупцы. Обычные уборщики. Вроде птицы-падальщика. Видел таких? Демоны приходят в миры, находящиеся на грани уничтожения, и подчищают все, что необходимо. Только и всего. И мы занимаемся тем же самым. Отсюда и название… Смотри!

Он указал на человека, который спасался смешной подпрыгивающей пробежкой.

— Этот долго не протянет в любом случае. Давай, применяй парализующее заклятие! — азартно проговорил Хейт. Он мгновенно выбросил из головы все отвлеченные разговоры. Теперь его интересовала только охота.

Эгертон собрался и нашел внутри себя нужные слова. Из этих слов он вылепил незримый шар, очень небольшой, и, резко выдохнув, оттолкнул шар от себя. Заклятие вырвалось на волю, пронеслось по воздуху и ударило беглеца между лопаток. Ни Хейт, ни его подручные, ни обитатели свалки этого не видели; заклятие оставалось зримым только для Эгертона. Тем не менее оно сработало: несчастный беглец застыл в нелепой позе, с поднятой ногой и раскинутыми руками.

— Отлично! — воскликнул Хейт, бросив на Эгертона уважительный взгляд. — Ты, оказывается, и впрямь кое на что способен.

Эгертон вытер пот со лба. Парализовать беглеца ему удалось, но это забрало больше энергии, чем предполагал Эгертон, и он вовсе не был уверен в том, что способен повторить заклинание. Нужно доставать кристаллы и начать вновь пользоваться силой унгара, и притом как можно скорее.

Между тем Хейт азартно указал ему на женщину, которая притаилась за кучей мусора и, очевидно, в наивности своей воображала, будто ее никто не видит.

— Теперь эту, — сказал Хейт.

— Она выглядит вполне жизнеспособной, — возразил Эгертон. — Ты уверен, что вам как чистильщикам следует брать такой материал? У нее, возможно, еще будет потомство. Неразумный расход материала.

— Делай, что велят! — оскалился Хейт. — Не рассуждай! Если она не сумела как следует спрятаться, значит, ее способность к выживанию крайне низка, а такие особи не должны иметь потомства.

Эгертон вздохнул и снова начал собирать силы для заклинания.

Тем временем верзилы приблизились к парализованному и подтащили его к карлику. Карлик распахнул плащ. Вся одежда под плащом была усеяна карманами и прикрепленными к ткани металлическими держателями, в которых находились ножи, иглы, пробирки, колбы, тонкие трубки из стекла и металла. Приблизившись к парализованному, карлик уселся рядом с ним, скрестив ноги, и, вынув острый нож, сделал небольшой надрез на шее несчастного.

Оттуда потекла кровь. Карлик подставил пробирку и внимательно следил за тем, чтобы ни одной капли не упало на землю или на его одеяние. Пленник бледнел, серел, глаза его мутнели, он обмяк и потерял сознание, а затем дыхание его остановилось — он был мертв. Карлик бережно собрал последние капельки и встал, закрывая пробирку.

— Странно, — проговорил Эгертон, — пробирка кажется совсем маленькой…

Карлик хихикнул.

— Это разработка одного выдающегося мага, ныне вполне покойного и даже развоплощенного, — пояснил он. — Сюда помещается ровно столько крови, сколько находится в одном человеке. Если пролить хотя бы немного, пробирка разорвется и вся добыча выльется на землю. Смысл фокуса как раз в том, чтобы собрать абсолютно всю кровь. Не больше и не меньше. Тогда она вместится в сосуд идеально и в сохранности будет доставлена по назначению… Однако довольно болтовни! Ты ведь, кажется, маг на службе у старины Хейта? Работай!

Эгертону не хотелось признаваться в том, что ему нужно время, чтобы собраться с силами. Он перевел дух и снова посмотрел в ту сторону, где пряталась женщина. Он улавливал ее дыхание, угадывал ее страх.

Она боялась перебежать под защиту более надежного укрытия, потому что в таком случае ее точно заметят. А так — у нее оставалась слабенькая надежда на то, что сборщики крови её не увидели.

— Этот был староват, — заметил Хейт, оглядывая обескровленный труп. — У таких кровь не слишком вкусна. Впрочем, я ведь не пробовал. Я люблю свежатину, и не в жидком виде, а чтобы было во что вонзить зубы. Кусок мяса, например, или печень — только уж чтоб целиком, а не ломтями…

Он мечтательно вздохнул.

И тут в сборщиков крови полетели стрелы.

Одна впилась Хейту в плечо. Он вырвал ее и с громким рычанием устремился на стрелявших. Ими оказались пятеро уродцев, кривоногих, с мохнатыми телами, едва прикрытыми одеждой. Их нападение было таким внезапным, что поначалу Эгертон растерялся. Ему почему-то вовсе не думалось, что обитатели свалки в состоянии оказать хоть какое-то сопротивление. И тем не менее это было так. Маленькие обездоленные существа — обездоленные даже по сравнению с прочими ничтожными жителями Соултрада — попытались отстоять свои ничтожные жизни.