Читаем Королева ночи (ЛП) полностью

Тут Вилл увидела, что Тарани держит несколько лепестков. Вилл тут же узнала их: это была «Королева ночи», лепестки со срезанных растений. Тара вечно подбирала разные цветочки-лепесточки, а цветок кактуса ей сразу понравился.

Никто не ждал от Бивуса такой реакции. Со скоростью, невообразимой для столь уставшего человека, он схватил Тарани за руку. Она испугалась и отдернула руку, выронив лепестки. С быстротой молнии Бивус схватил их и поднес к толстому носу.

— А-а-а, спасибо вам! Наконец-то!

Маленький человечек жадно вдыхал аромат цветка. Его осевшее тело преображалось на глазах у девочек. Он выпрямился, открыл глаза, его щеки порозовели. Усталая пожилая собака превратилась в игривого щенка!

— Спасибо вам, девочки! Вы представить себе не можете, как я жаждал вдохнуть запах моей обожаемой Selenicereus grandiflorus. Ox, как же давно

я мечтал об этом! Можно, я оставлю их себе? — спросил он и раскрыл ладошку, на которой лежали лепестки, смятые и побуревшие по краям.

— Конечно, — сказала Тарани, — пожалуйста.

— Бивус, вы ведь не одорианец? — спросила Вилл.

— Нет, конечно, нет! Я селениец, вы разве не заметили? Здесь довольно много селенийцев. Видите ли, мы нуждаемся в Аромате. Без него мы не можем ясно мыслить. Атак, здесь довольно уютно. Не надо принимать никаких решений... но в целом...

Вдруг дверь распахнулась. За ней стоял синий охранник. Он всунул свой длинный нос и смерил Бивуса взглядом прокурора. Не говоря ни слова, несчастный селениец попятился вон из комнаты — однако успел подмигнуть Вилл и Тарани и осторожно помахал им рукой, в которой были зажаты лепестки.

Глава 7. Цикады в лунном свете

Ночь спустилась очень быстро — солнце стало садиться, когда не было еще и шести часов. К тому времени Корнелия, Хай Лин и Ирма успели обойти половину Пузыря. Они видели внутри людей, точнее, существ, которые напоминали людей. Высокие угловатые фигуры передвигались рывками. Большинство из них были одеты в зеленое, но один раз девочки заметили кого-то в красном, а потом еще пару человек в белом. Но они нигде не видели ни Вилл, ни Тарани. Жизнь внутри Пузыря шла своим, отлично налаженным чередом: существа сновали туда-сюда, перетаскивая вещи, катали маленькие тележки. Работа была прекрасно организована, всё выглядело чистым и аккуратным, новым и

отполированным.

Они прошли мимо еще одного помещения. Наверное, это была фабрика. Здесь работали другие существа: меньше ростом, одеты в коричневое, двигались медленнее. Возле скамеек было сложено то, что они делали. Красные сердца? Неужели? Это же сладости, сердечки из желе! Ох! Ирма облизала губы.

К своему удивлению, они увидели спортзал. Вдруг они оказались лицом к лицу с одной из жительниц Пузыря: она бежала по беговой дорожке. Между ними было только стекло, и только по счастливой случайности бегунья не заметила девочек: она смотрела прямо перед собой, иначе увидела бы три прижатых к стеклу любопытных носа.

Подруги отошли в сторону от Пузыря, чтобы обсудить положение, и уселись на бревно.

— Мы явно попали в нужное место, — сказала Корнелия. — Видимо, с этим Пузырем и связано наше задание.

— Может, сначала вызволим Тару и Вилл? — спросила Хай Лин. — У этих синих солдат в руках были очень длинные ножи.

— Девчонки справятся, — успокоила ее Корнелия. — Наверное, даже лучше, что они оказались внутри Пузыря, там они смогут побольше узнать.

Всё выглядит довольно спокойно.

— Да, но место довольно странное, — заметила Ирма. — Трудно предположить, что оно выросло тут само по себе посреди джунглей. Одно дело — хижины или шалаши, крытые листьями пальм или обмазанные глиной, а тут...

— Обитатели этого Пузыря, наверное, пришли из других мест, — предположила Хай Лин. — У меня такое чувство, что они слишком правильные: уж очень всё чисто и аккуратно. Вам так не кажется?

— И они тренируются, — напомнила Корнелия. — Прямо как заведенные.

— А еще едят сладкое, — добавила Ирма. — Давайте ворвемся туда и стащим желе?

— Ирма, ты ненормальная, — сказала Корнелия. — В любом случае, я не думаю, что они делают сладости.

— Итак, — сказала Хай Лин, — понятно, что внутри Пузыря жизнь хорошо налажена. Но зачем они выходят наружу и срубают кактусы?

На это никто не мог ответить. Девчонки сидели в тишине и гадали, а над джунглями сгущались сумерки. Вдруг прямо над головой раздался тихий свист цикады. Он звучал, как гул в водопроводных трубах, хриплый и скрежещущий. Тотчас ему ответили пять других цикад, потом к хору присоединились еще сотни и сотни.

Жужжание доносилось со всех сторон, оглушительно громкое. Время от времени цикады перелетали с ветки на ветку. На фоне темнеющего неба насекомые были похожи на вертолеты.

Как только опустилась ночь, всё разом смолкло. Как будто дирижер опустил палочку, и инструменты тут же перестали играть. Тишина упала, как занавес. Через некоторое время одинокая ночная птица потревожила тишину, напомнив девушкам, что животные и птицы, как часовые, сменяют друг друга не только днем, но и ночью.