Читаем Королева Бедлама полностью

— Да. Особенно теперь. — Маккаггерс наклонился к самому лицу покойника, невольно вздрогнул и вернулся к своим заметкам. — Скажите, мистер Корбетт. То, что про вас говорят, — правда?

— А что про меня говорят?

— Рассказывают, будто вы успели наделать шуму в Каролине. Вопреки воле мирового судьи пытались отменить смертный приговор, вынесенный ведьме.

— Это правда.

— И?

Мэтью помолчал.

— Не понял, сэр?

Маккаггерс повернулся к нему. На его влажных щеках и стеклах очков плясали отсветы пламени.

— Была она ведьмой?

— Нет, не была.

— А вы — обыкновенный секретарь? Почему же вы были так убеждены в ее невиновности?

— Никогда не любил оставлять вопросы без ответов, — ответил Мэтью. — Это у меня от рождения, полагаю.

— А-а, врожденная блажь, стало быть. Люди ведь, в большинстве своем, готовы принять самый простой ответ на сложный вопрос. Так оно… спокойнее, не находите?

— Нет, сэр, не для меня.

Маккаггерс хмыкнул. Затем:

— Насколько я понял, мистеру Григсби неймется написать еще одну статью? Про этого Масочника? Весьма выразительное прозвище он ему придумал.

— Да, думаю, вы правы.

— Что ж, в прошлый раз он упустил примерно половину мною сказанного. — Маккаггерс отложил мелок и обратил на Мэтью раздосадованный взор. — Разве можно писать статьи, когда ты глух как тетерев и не видишь дальше собственного носа?

— Не знаю, сэр.

Мэтью был несколько обеспокоен: с чего это Маккаггерс так оживился?.. Или, быть может, Мэтью встревожил неподвижный взор бездонных черных глаз Зеда. Рассказывали, что негр прибыл сюда уже без языка; Мэтью порадовался, что не знает его истории, — она наверняка снилась бы ему в ночных кошмарах.

— Я говорил Григсби, что убийца орудовал ножом с изогнутым лезвием. Резанул наотмашь, слева направо. — Движение это Маккаггерс изобразил на бумаге красным мелком. — Такие ножи делают для того, чтобы закалывать скот. Убийца действовал без промедления и бил со всей силы. Я бы на вашем месте поискал того, кто давно работает на скотобойне.

— Понял, — кивнул Мэтью.

— Прошу прощения. — Маккаггерс, побледнев от собственных речей о насилии, умолк и прижал к губам мокрую тряпку.

— Порезы вокруг глаз… — робко выдавил Мэтью. — У вас есть какие-нибудь предположения?..

Маккаггерс мотнул головой и поднял открытую ладонь, прося его помолчать.

Мэтью замер в муторном ожидании под немигающим взглядом Зеда: тот был похож на ожившего африканского истукана, массивного и украшенного затейливой резьбой.

— Это послание, разумеется, — молвил Маккаггерс, отняв от лица тряпку и переводя дух. — И точно такое же послание получил Джулиус Годвин. В итальянской традиции карнавальные маски вокруг глаз иногда украшают ромбами либо треугольниками. Например, маски венецианских арлекинов. — Он помолчал, затем понял, что Мэтью ждет от него продолжения. — Больше про маски я вам ничего не расскажу. Но подойдите поближе, взгляните.

Мэтью приблизился к трупу и неподвижному Зеду. Маккаггерс остался на месте, возле мольберта.

— Обратите внимание на левый висок. Вот на это место. — Он взял из горшка еще один красный мелок и поставил на голове зарисованного трупа точку.

Мэтью пригляделся к указанному месту и заметил на отекшей плоти черный кровоподтек около трех дюймов в длину.

— Вот с этого удара по голове все и началось, — пояснил Маккаггерс. — Оглушенный Деверик не мог кричать, однако был еще жив. Полагаю, убийца уложил его на землю, спрятал дубинку — небольшую и неприметную, — затем схватил Деверика за волосы, чтобы обездвижить голову, и сделал свое дело. Можно предположить, что порезы вокруг глаз он оставил напоследок. А затем сбежал, бросив жертву посреди улицы. Позднее на него наткнулся ваш друг, вымазался кровью, а потом и вашу злополучную сорочку запачкал. Я прав?

— Насчет сорочки — абсолютно!

— Вероятно, на все про все ушло несколько секунд. Как я уже говорил, чувствуется рука опытного забойщика. И — памятуя о докторе Годвине — опытного убийцы.

Мэтью внимательно разглядывал след от дубинки: лицо покойника больше не вызывало в нем отвращения или страха, а превратилось в объект холодного интереса — вопрос, на который предстояло найти ответ.

— Так вы говорите, что горло ему перерезали спереди? Ударом наотмашь?

— Да, об этом говорит глубина раны. В начале она глубже, чем в конце. Поврежденные сухожилия и ткани смещены вправо. Минуточку…

Маккаггерс пошатнулся, задрожал и уставился в пол, пережидая очередной приступ страха. Зед потянулся было к нему с тряпкой, но тот мотнул головой.

— Разве картина была бы иной, если бы горло перерезали сзади? — спросил Мэтью.

— В таком случае убийца должен быть левшой. А я думаю, что он был… и есть — правша. Если бы он подкрался сзади, то удар дубинкой пришелся бы ровно по затылку. Кроме того, взгляните на правую руку мистера Деверика.

Мэтью взглянул. Окоченевшая рука с растопыренными пальцами покоилась на животе. Жест смирения, в некотором роде, — так Мэтью подумал тогда, на месте преступления, а сейчас его в один миг озарило:

— Он хотел пожать убийце руку!