Читаем Король-паук полностью

Они ехали бок о бок, и брат Жан явно был расположен к воспоминаниям. За последние двадцать четыре часа, наполненных разного рода хлопотами и делами, им с Анри впервые выпала возможность поговорить наедине. Видимо, столь неожиданное возвышение заставило брата Жана обернуться на прожитые годы.

— И вот виски этого младенца уже седеют, а мои волосы стали и вовсе белыми. Теперь ты — генерал, а я — епископ. Неисповедимы пути Господни, Анри Леклерк. Не знаю, почему Он сделал меня епископом, но твоим положением, я надеюсь, ты хотя бы отчасти обязан моим молитвам. Молитва обладает чудесной силой, Анри, о которой многие не задумываются. Когда Бог дарует нам то, о чём мы молимся, Он тем самым благословляет нас, наша вера укрепляется, и мы обращаемся к Нему с новыми праведными мольбами. Когда же Он отказывает нам в наших просьбах, Он и этим благословляет нас, давая понять, что неправедной молитвой мы оскверняли себя. Он посрамляет нас, как посрамил Иова. Тем самым Он умудряет нас. Да, Он благословляет нас всегда и всем. — Брат Жан смущённо улыбнулся: — Как епископ я должен буду проводить службы. А ведь, знаешь, я в жизни не отслужил ещё ни единой мессы, и мне немного боязно. Паства может разбежаться в ужасе.

— Ничего, я поставлю перед церковью пару пушек и загоню всех назад, — рассмеялся Леклерк.

— Да, это было бы неплохое применение для пушек, — откликнулся брат Жан и, помолчав, добавил: — Об одном я сожалею, Анри. Я так надеялся, что смогу крестить твоих детей. Я надеялся, что придёт время, ты женишься снова...

— Так ведь я и женился, — только сейчас Анри осознал, сколь долго он не виделся со своим учителем, приёмным отцом, наставником, — на прекрасной женщине из рода Коменжей. Уже после свадьбы её отец признался, что приданое дал Людовик, но просил меня сохранить это в тайне.

Как странно и непостижимо ведёт себя порой дофин, подумал брат Жан. Он выуживает у кардинала Савойского одно приданое за другим и никакого секрета из этого не делает, сам же втайне выплачивает приданое невесты Леклерка!

— Но что до крещения, боюсь, четырёхлетнего мальчика крестить поздновато.

Брат Жан вздохнул.

— Слава Богу, мне не надо больше быть дипломатом. Это самое трудное, даже мессу служить легче. Вообрази себе, я ведь даже думал, как оградить тебя от Маргариты Салиньяк.

— Дофин опередил вас в этом. Сегодня рано утром она выехала в Прованс с рекомендательным письмом королю Рене и тысячей крон, зашитых в седельный мешок. Она осталась очень довольна.

— А как ты назвал ребёнка? Анри? Или нет, скорее Людовик!

— Но Людовик не поил козьим молоком несчастного подкидыша и не объяснял ему устройство перегонных аппаратов.

— Ну, в этом я никогда не разбирался.

— Но тогда, значит, и я не разбирался в этом, и, следовательно, новые винокуренные заводы в Дофине не должны бы работать. Но они работают, да ещё как! Многие крестьяне-бедняки разбогатели и теперь живут припеваючи. Налоги высоки, но дело процветает. Нет, своему сыну я мог дать только одно имя. Жан Леклерк преклонит перед вами колена и попросит вашего благословения, как только вы почтите мой дом своим посещением.

— Считай, что уже благословил. Так ты назвал его в мою честь! Вот она, радость, которой тайно жаждет безбрачие! Я буду у тебя сегодня же вечером, если только не понадоблюсь Людовику, что маловероятно. Не помню, чтобы он выглядел лучше, нежели теперь. У меня как у врача совсем не будет дела, — сказал брат Жан и тут же подумал: «Так ли, право?»

Во всяком случае, он твёрдо знал, в чём заключается долг врача по отношению к больному — ободрять и заставлять других следовать твоему примеру.

Людовик и вправду выглядел прекрасно. Он весь искрился энергией и весельем в предвкушении охоты в честь кардинала Савойского и подписания договора. Сам кардинал, конечно, давно ужe не ездил на охоту. Людовик обещал добыть на изерских болотах несколько шкурок горностая для его мантии. Зная, что эти зверьки на редкость подвижны и проворны, святой отец улыбнулся и заметил, что с него вполне хватит и одной, и той, наверное, придётся дожидаться на том свете.

Но Людовик никогда не пытался загнать зверя, которого можно поймать в силки, и по всей долине расставили сотни капканов на горностаев, так что принц был вполне уверен, что выполнит обещание.