Читаем Корея полностью

Тем временем выяснилось, что нынешний политический мегаскандал, который сотрясает сами основы власти Южной Кореи, начался, как это часто бывает, с достаточно невинного события. В ноябре 2015 года за азартными играми в одном из казино в Макао застали руководителя одной из крупных косметических компаний Кореи Nature Republic Чон Ун Хо. Так как азартные игры запрещены для корейцев, то Чон в итоге получил год тюрьмы, но в процессе расследования стали всплывать факты коррупции, ниточки от которых и повели на самый верх пирамиды политической власти Южной Кореи к самым влиятельным помощникам президента и «серому кардиналу в юбке». Администрация президента и ее окружение сделали немало, чтобы загасить скандал и почти преуспели в этом. Но работа южнокорейских журналистов, где на удивление вместе сработали заклятые враги в лице ведущей консервативной газеты «Чосон Ильбо» и одного из главных оппозиционных изданий «Хангёре Синмун», не позволила полностью замять историю. «Бомбой», которая окончательно взорвала все, загнав президента и ее окружение в угол, стало обнаружение корейским телеканалом JTBC «планшетника» Чхве Сун Силь. По его содержимому стало ясно, что Чхве, которая не имеет никакого официального поста, получала секретные документы раньше президента и часто правила даже речи лидера. Среди других обвинений – устройство «по блату» своей дочери 20-летней Чон Ю Ра в один из престижных вузов Кореи и давление на компании, которые в итоге стали оплачивать увлечение Чон конным спортом.

Прокуратура Кореи объявила войну президенту страны

«Двум помощникам Пак Кын Хе и ее подруге мы предъявляем официальные обвинения. У нас есть достаточно доказательств, что президент Пак по значительной части преступных действий была осведомлена о них, а также сама давала указания их совершить, состоя в сговоре с обвиненными. Однако Конституция в этом случае не дает нам возможности предъявлять формальные обвинения и допрашивать действующего президента, которая отказывается добровольно отвечать на вопросы. Что смогли – мы сделали, что делать дальше – решайте сами. Может быть, все детали выяснит спецследователь. Вместе с тем мы продолжим следствие и по президенту в рамках того, что позволяют нам наши полномочия» – так простым языком можно резюмировать то, что 20 ноября 2016 г. заявил глава специальной следственной группы прокуратуры Ли Ён Рёль, оглашая промежуточные итоги расследования скандала.

Чтобы понять, до чего в итоге может дойти ситуация, следует разобраться в обвинениях, предъявленной «подруге и двум помощникам» – Чхве Сун Силь, Ан Чжон Бому и Чон Хо Сону. Вся эта тройка – в первую очередь Чхве и Ан – оказывали активное давление на более полусотни южнокорейских компаний, включая ведущие конгломераты «Самсунг», «Хендэ», POSCO, LG, «Лотте» и другие, чтобы те «добровольно перечислили» более 70 миллионов долларов на счета созданных Чхве фиктивных фондов. Были также поставки и прочие «подношения» со стороны бизнесменов и другим компаниям, которые де-факто контролировала Чхве Сун Силь. Если бизнесмены пытались сопротивляться, то им угрожали внеплановыми налоговыми проверками и прочими санкциями. Судя по подходу, все или почти все не стали испытывать судьбу и «добровольно внесли» требуемые суммы. Куда именно деньги собирались потратить вымогатели, разберется следствие.

По поводу участия Пак Кын Хе было сказано следующее. «На основании полученных доказательств у нас есть все основания полагать, что президент Пак находилась в отношениях сговора с Чхве Сун Силь, Ан Чжон Бомом и Чон Хо Соном… Согласно закону, мы не имеем право предъявлять по данным направлениям официальные обвинения действующему президенту, но мы продолжим расследование, исходя из того, что она является теперь подозреваемой», – заявил глава специальной следственной группы прокуратуры Ли Ён Рёль. Из следующих слов прокурора стало очевидно, что Пак, по данным следствия, сама давала указания передать документы Чхве, а также была осведомлена как минимум о значительной части преступных схем с вымогательством.

В отношении коррупции прокуратура пообещала продолжить следствие, а также выразила надежду, что все остальное сможет прояснить спецследователь, который уже не будет подчиняться президенту. Впрочем, если президент прямо не запретит следственной группе, то прокуратура будет помогать и спецследователю. Запрет же будет означать признание Пак своей вины.