Все, с него хватит. Фаллиен повернулся и зашагал прочь; за его спиной брызгал слюной и ерзал на «троне» сборщик.

Прошло очень мало времени, и с Ксизором, который ждал, когда прибудет челнок с «Мегеры» и заберет его, заговорил другой голос.

– Прошу меня извинить, - пискнул неизвестный собеседник над самым ухом Темного принца. - Мне любопытно, нельзя ли нам перекинуться парочкой фраз. Приватно.

Ксизор огляделся и обнаружил висящего вверх ногами Бланкавизо. Придаток всеми лапками вцепился в провисающий потолок.

– Что тебе нужно?

– Как я сказал, - настороженно прошептал нахлебник. - Перекинуться парочкой слов, ничего более. Но - о вопросе, который может заинтересовать нас обоих. И принести нам прибыль.

– Тебе или твоему хозяину? - брезгливо уточнил фаллиен. - Я хорошо знаком с устройством гнезда. Куд'-ару Муб'ату нет нужды подслушивать. Все, что ты слышишь, попадает ему прямо в мозг.

Ксизор пристально всмотрелся в блестящие бусинки глаз маленького придатка, понимая, что с тем же успехом мог сейчас встретиться с алчным взглядом арахноида-сборщика. Зачем хозяин гнезда решил обратиться не напрямую, а через полуразумного нахлебника, было выше его понимания. Неужели он думает, что меня так легко провести?

– Я уже сказал твоему повелителю все, что посчитал нужным.

– Принц неверно оценивает ситуацию, - беззлобно отозвался нахлебник. - И неверно оценивает собеседника.

Похоже, Бланкавизо ничего не имел против перевернутого взгляда на мир; попрежнему вниз головой он перебрался ближе к фаллиену, зажав в миниатюрной клешне обрывок белесой нити.

– Видите? Я теперь сам по себе. Когда вы обращаетесь ко мне, Куд'ар Муб'ат остается в неведении. Если только я не захочу, чтобы ему все стало известно.

Ксизора терзали сомнения, и принц не стал их скрывать.

– Ты сумел отключиться от паутины? Гениально. А как получается, что Куд'ару Муб'ату не известно, где и чем занимается его самый ценный и верный работник?

– Элементарно, ваше высочество.

Бланкавизо протянул лапку и выбрал еще одну нить, толще прежней, и на этот раз к ней был прикреплен совсем крохотный полупрозрачный придаток.

– Не только Куд'ар Муб'ат умеет создавать нахлебников. Я тоже овладел этим несложным искусством. Вот мое творение.

Бланкавизо предъявил игрушечное повторение самого себя фаллиену, чтобы тот мог вдоволь налюбоваться.

– Он умеет немногое, да ему и не надо. Зато он неплохо притворяется мной, посылает вместо меня сигналы, как будто я по-прежнему раболепствую перед сборшиком. Поверьте мне, мой родитель ничего не подозревает.

– Воистину! - вырвалось у Темного принца.

Ксизора действительно восхитила изобретательность маленького нахлебника и возможности, которые неожиданно раскрылись перед ним. Арахноид порядочно действовал фаллиену на нервы. Может быть, наступила пора оборвать и его существование?

– В одном ты, безусловно, прав…

– В чем? - пискнул придаток; наверное, он подмигнул бы собеседнику, если б умел.

– Нам о многом следует поговорить.

13

ТЕПЕРЬ…

Мысли постоянно возвращались к охотнику за головами, хотя время при этом безвозвратно терялось. Прошлое - это прошлое, и его не переделать. Всегда остается мусор, который приходится убирать, рассудил инженер, любуясь сухими доками колоссальных верфей. И процесс надо запустить немедленно; чем дольше откладываешь, тем печальнее бывают последствия. Все, ради чего он трудился, все, что вкладывали в корпорацию поколения за поколением Куатов, может быть сметено назревающим ураганом.

Инженер зто знал, знание ложилось на плечи весом в несколько планетгигантов, и все-таки мысли то и дело возвращались к охотнику за головами и событиям с его участием. Словно Боба Фетт был черной дырой, стягивающей внутрь себя энергию.

Если точнее, Боба Фетт был ключом ко всему - к тому, что произошло, и тому, что только случится.

О прошлом кое-что знали многие обитатели Галактики, история о развале охотничьей Гильдии и последовавших событиях разрослась до масштабов легенды. А сейчас слагались новые мифы о беглом имперском штурмовике и о том, что произошло, когда Боба Фетт явился за обещанным вознаграждением.

Из этих событий секретов не делали. По крайней мере, не из всех.

Но кое-что хранилось в тайне, надежно укрытое в памяти Куата с Куата. И следовало принять меры, чтобы так оно и осталось.

Ну, а если в процессе уборки кто-нибудь расстанется с жизнью (желательно, разумеется, Боба Фетт)… что ж, досадная необходимость. Дело есть дело, ничего личного.

Он даже согласился бы с таким постулатом, размышлял инженер. Взгляд его скользнул мимо доков - к равнодушным звездам. Боба Фетт никогда никого не винил за смертоносную и холодную. манеру ведения дел,

Куат отвернулся от широкого сегментированного иллюминатора. Дел и без того много, а его отвлекают ради очередного собрания правящих кланов планеты. Это невыносимо. Разумеется, его позвали… посмели бы не позвать! Инженер с тяжким вздохом снял с изогнутой вешалки тяжелые и громоздкие парадные одеяния, которые пылились там в промежутках между торжествами.

Как мало надо для трансформации…