Непосредственно после событий эпизода IV «Новая надежда»

Не приходилось бывать здесь! - воскликнул эмиссар Гильдии охотников за головами. - Но наслышан, наслышан… Мне часто описывали ваше жилище.

– Как польщен я, что выпала мне честь стать темой мудрых бесед почтенной аудитории!

Часть лап Куд'ар Муб'ат сложил на хитиновой груди, а еще одной парой жестикулировал.

– Обо мне говорят в закоулках и коридорах, где плетутся самые хитроумные заговоры и интриги! Какое ни с чем не сравнимое удовольствие! Вы смущаете меня, драгоценность моей паутины!

Многочисленные глаза с интересом наблюдали, как посланник Гильдии старается не прикасаться к молочно-белой блестящей живой нити, из которой было свито гнездо. Про себя сборщик фыркнул. Глупая тварь!

Быть паукообразным - великолепное преимущество. Ты легко читаешь души обитателей Галактики, словно примитивные, написанные чернилами записки, в то время как твои собственные мысли и чувства остаются тайной для окружающих.

Куд'ар Муб'ат предположил, что именно по этой причине наибольшее удовольствие ему приносят сделки с охотником за головами по имени Боба Фетт, как ранее - с его отцом. В этом своем мандалорском шлеме Фетт представлял собою неизвестную величину, что арахноид рассматривал как вызов своим способностям и интеллекту. Ценный противник. Даже если он заранее обречен на проигрыш - в чем Куд'ар Муб'ат не сомневался, так как еще никому не удавалось выпутаться из невидимой, но прочной паутины, сплетенной из лжи, - все равно это пенный противник.

– Вы доджды извидить медя, если я кажусь вам демного… стесденным.

Собеседника звали Глиед Отондон; какой из жалких планет выпала сомнительная честь называться его родиной, определить было сложно, зато можно было с уверенностью заявить, что производила она впечатляюще могучих, отменно сложенных и прекрасно питающихся существ. Эмиссар, казалось, состоял сплошь из мускулов - если не считать рогатого черепа и мясистого хоботка Когда Отондон осторожно уселся на краешек стула возле горы подушек, на которых устроился хозяин гнезда, когтистые верхние конечности посланника свесились почти до пола.

– Вы уведены, что здесь гедметично?

– Сладчайшая птица моей юности, милейший Глиед, оставь свои напрасные страхи!

Если бы громкий хохот входил в репертуар возможностей арахноида, Куд'ар Муб'ат наверняка не сумел бы удержаться.

– Уверяю тебя, они не обоснованы, ничем не обоснованы!

Арахноид подал знак одному из рабочих придатков. Вообще-то жест был излишним, кроха-нахлебник был связан с хозяином отростком нервной системы, как и все остальное, что находилось внутри дрейфующего гнезда.

– Желание гостя - закон, я все немедленно проверю ради твоего драгоценнейшего спокойствия.

Глиед Отондон съежился, как будто хотел спрятаться внутри своей кирасы, когда мимо его плеча по шелковистой нити, торопливо перебирая лапками, пробежал малютка-придаток, волоча за собой блестящий белесый поводок аксона. Нахлебник ловко взобрался на колено к своему прародителю.

– Да-да? - придаток чуть не лопался от энтузиазма. - Что мне для тебя тебя сделать делать делать?

Вот что в нем действительно раздражало, так это манера по несколько раз повторять слова, точно эхо. Куд'ар Муб'ат сделал мысленную пометку (в том отделе мозга, который ни с кем из нахлебников не делил), что в наследнике разговорчивого придатка это упущение требуется исправить. После того как этот малыш будет съеден и переварен.

– Все, что угодно годно?

Изогнутые стены центральной камеры гнезда колыхались и шли волнами; это придатки собирались, чтобы подслушать дискуссию. По нервной ткани уже пробежала информация о чрезвычайной важности сегодняшней встречи. Гость озирался и ежился, шарахаясь от каждой свисающей с потолка нити с нахлебником.

– Наш статус, будь так любезен.

Из простого распоряжения Куд'ар Муб'ат устроил целый спектакль; представление разыграли для единственного зрителя, в каждодневном общении с многочисленными нахлебниками арахноид и не вспоминал о вежливости. Ведь никто не церемонится с собственными конечностями или внутренними органами.

– Атмосферное давление в нашем уютном маленьком гнездышке, каково оно? Умоляю, скажи нам!

Несколько секунд придаток молчал, общаясь по волокнам нервной ткани с другими нахлебниками, отвечающими за биоинженерию и гомеостаз. До Куд'ара Муб'ата докатилось эхо их разговора, словно кто-то пощекотал его мозг изнутри. На мгновение арахноид ощутил всю сеть целиком, как будто тело его раздулось до пределов сенсорных рецепторов.