Читаем Корабль неудачников полностью

Так как ни радио и никакая другая техническая связь на этой планете невозможна, пришлось визуально выбрать точку приземления возле наиболее крупного посёлка, окружённого возделанными полями и цветущими садами.

И вот мы на грунте! Да, при такой силе тяжести здесь не особенно-то и погуляешь: я, хоть и крепок физически, но, выйдя из капсулы, почти полчаса лежал на земле, привыкая к перегрузкам и обливаясь потом, а Вьюгу даже её обычное любопытство не заставило слезть с седла, она так и сидела в нём, слегка касаясь ногами почвы, сгорбившись и упёршись руками о переднюю луку.

Представшая пред нами местность на первый взгляд особенною красотою не отличалась: всё вокруг было окрашено в разнообразные оттенки серого цвета. Высоко в белёсом небе сквозь атмосферу просвечивало чуть более светлое солнце, а над горизонтом вставало ещё одно — бледно-зелёное и меньших размеров. Однако воздух был чистым и свежим, а порывы ветра доносили приятные запахи от растущих неподалеку спиралевидных деревьев.

Всё было мирно и тихо вокруг нас: кое-где в серовато-салатовой траве цвели чёрные колокольчики, внутри их изящных венчиков копошились мохнатые паучки, серебристые букашки старательно закапывали в почву сухие опавшие листья, одновременно откапывая из земли каких-то червячков и складывая их просушиться на солнышке прямо на моём многострадальном седле. Холмик, на котором я лежал, был тёплым и упругим, так что мне совсем не хотелось с него вставать, но через некоторое время, когда зеленое светило поднялось повыше, сила тяжести немного уменьшилась, холмик под моим телом как бы распух, увеличился в размере и стал жёстче, поэтому я решил не терять драгоценных часов сниженной гравитации, поднялся на ноги и сел в своё седло, стряхнув с него извивающихся личинок и вызвав этим неудовольствие букашек и Вьюги.

Обогнув поросшую серыми кустами горку, мы подлетели к возделанному полю с сочными всходами чуть более яркого зелёного цвета, и моя пастушка сразу узнала в них милые её сердцу посевы озимой кукурузы, с одобрением отметив их прекрасное состояние.

Сбоку к плантации примыкал участок свежевспаханной земли, по его кромке медленно двигалось крупное животное с идущим за ним человеком. Как выяснилось, человек этот пахал землю плугом с запряжённым в него, как определила Вьюга, шерстистым носорогом.

Наш раб Арсений — мужчина высокий, но даже по сравнению с ним представший перед нами пахарь выглядел бы настоящим великаном, хотя был настолько пропорционально сложен, что его фигура казалась вполне уместной и естественной на фоне расстилающегося вокруг пейзажа.

Незнакомец, прервав работу и вытерев ладони о залатанный серый комбинезон, продемонстрировал старинный жест вежливости, коснувшись мозолистой рукой своего обрамленного седыми волосами смуглого чела, затем прилёг на краю поля, жестом же предложив нам устроиться рядом с ним. В ответ мы с рабыней, помня о «Правилах поведения в критических мирах», тоже потыкали пальцами в свои лбы, тем более что исполнять приличные в таких случаях реверансы не было сил, после чего с облегчением упали на траву, закинув отяжелевшие ноги на зависшие рядом сёдла.

Сообразив, что человек этот прекрасно знает, кто мы такие и что нам от него нужно, я всё же произнёс идентификационный пароль и приветствие. В ответ наш собеседник также произнёс условленную фразу, затем сообщил, что его имя — Юпитер, и он — верховный вождь здешнего «Племени Путников», а их планета называется «Большой Путь». И действительно, если принять во внимание, что «Крючок» не шар, как большинство обитаемых миров, а длинный и причудливо изогнутый цилиндр, то можно представить его как дорогу, на протяжении которой и проходит вся жизнь населения этого странного космического тела.

Когда я освоился с произношением и манерой речи вождя, то и сам поведал ему, кто мы такие. Оказалось, о примерном месте и времени нашего прибытия было известно заранее, и Юпитер последние несколько дней поджидал нас в этой долине, занимаясь заодно земледелием, чтобы попусту не терять драгоценного периода пониженной гравитации (а тогда какая же сила тяжести у них тут считается повышенной?).

Как художник и просто объективный человек, я не смог удержаться от комплимента внешности вождя, на что он ответил, что здесь нет ничего удивительного: в местных суровых и нестабильных условиях телосложение живого организма имеет огромное значение, так как физическое здоровье и выносливость являются одним из главных факторов выживания, поэтому его тело — заслуга не генетиков, а естественного отбора.