В следующие несколько минут Тигона поделилась с подругой своим секретом — внезапным даром ипсомантии, благодаря которой она убила чудовищного рака жертвенным блюдом и одолела принца Хеменидов простым мраморным шариком.

Наконец Тигона умолкла. Ариста помедлила с ответом, ошарашенная таким откровением.

— Но послушай. Даже если ты ипсомант, это не значит, что ты не можешь служить…

— Дело не в этом. Я никогда не была кем-то особенным. В бою не больно хороша. Не особо храбрая. И вдруг… Какой бог меня отметил? И почему меня? И почему сейчас? Смогла бы ты спокойно жить с такими загадками?

— Но…

— К тому же я и не гожусь вовсе для воинской службы. Я то трусиха, то храбрая. А тут, — Тигона кивнула назад, на ворота, — надо быть храброй все время, всегда. Не могу я так. Мне по силам отвечать за себя да за ту, что рядом со мной.

Ариста открыла было рот, чтобы возразить что-то, отговорить подругу от долгих странствий. Но нужные слова не шли на ум.

В конце концов, она и сама идет невесть куда за ответами.

К тому же… после предательства Тамриз одиночество стережет ее подобно хищному зверю. Кто сказал, что в пути не пригодится добрая компания?

— Сера и ад. Ладно, уговорила.

Тигона просияла. Ее лицо на миг обрело то детское выражение, с которым она предложила когда-то Аристе свой суп.

— Ты не пожалеешь!

— Я думаю, мы обе еще пожалеем. Но завтра будет завтра.

Город едва проснулся, когда две девушки прошли по тихим улицам к главным воротам. Некому было окликнуть их по дороге, остановить или попрощаться. Бок о бок вышли они через городские ворота и зашагали по тракту, прочь из родного края.

Глава 16. Безмолвная

Тамриз мчалась что было сил по скользкой от крови палубе корабля. Запах гари бил в ноздри.

— Шевели задницей, Гракх, их здесь слишком много!

Все в порядке. Сестра прикрывает ее. Она успеет.

Успеет куда?

Нет-нет-нет. Она не Гракх, и она не на корабле. Она не может быть на корабле. Она вот уже несколько часов как в своих покоях, в опочивальне Тамриз Хеменид!

Но шум сражения звенел в ушах, и пот тек по спине.

Слепящая молния слетела с ладони Баррада Дарафалла и полетела к ней.

Чужой испуг прихлынул к горлу.

Ее и в то же время не ее рука подняла меч в тщетной попытке защититься.

Молния ударила ей в сердце.

Как жжет…

— Госпожа!

Прохладные капли воды брызнули на лицо. Тамриз открыла глаза. Холодный пот покрыл ее тело с головы до ног. Дыхание сбилось. Все тело ломило, как от удара.

В окна ее покоев струилось солнце. Вокруг столпились перепуганные рабыни.

— Я… в чем дело?

Рабыни потупили глаза.

— Говорите же! — срывающимся голосом крикнула Тамриз.

— У госпожи, верно, был припадок, — несмело выговорила одна из рабынь. — Госпожа закричала, упала… Мы кликнули лекаря.

— Не нужен мне лекарь, — хрипло прошептала Тамриз. — Вон его. Все вон!

Рабыни бежали, страшась гнева повелительницы.

Тамриз встала с пола, опершись рукой на спинку ложа. Рука ее дрожала, кончики пальцев покалывало.

Под левой грудью жгло, будто туда приложили раскаленную в огне монету. Когда Тамриз взглянула в зеркало, на коже уже проступил круглый алый след от ожога.

***

Мужчина подобрался перед прыжком.

Пластины его доспеха чуть слышно звенели при каждом движении. Руки сжимали боевой жезл с острыми клинками на обоих концах.

Воин из личной охраны отца бросился в атаку. Лезвия его жезла завертелись, как крылья мельницы. Каждый клинок был разом повсюду и нигде.

Раньше эти эффектные приемы приводили Тамриз в восторг и трепет. Но обучение у варваров не прошло бесследно. Теперь ей были видны линии ударов, траектории движений, хорды и диаметры боя. Это лишало схватку дикой красоты танца. Зато делало бой более предсказуемым.

Пресечь смертоносное вращение было просто, как начертить скимитаром линию в центр окружности.

Жезл противника распался, разрубленный пополам. Воин замешкался, заколебался. Но быстро схватил по клинку в каждую руку и снова перешел в наступление.

Острый угол. Прямой угол. Полукруг. Вертикальная линия. Движения скимитара были скупы и методичны. Каждое отнимало лишь малую толику сил. В былые дни в таком поединке Тамриз бы уже вспотела. Теперь же даже не сбилась с дыхания.

Один удар она все же пропустила. Воин пнул ее по лодыжке, она потеряла равновесие. Короткий клинок взмыл вверх, собираясь полоснуть ее по предплечью.

Тамриз выбросила руку и ухватила лезвие ладонью, как делал Джохар. Но в этом приеме не было глупой бравады брата. Только логический расчет действия. Воин растерялся на краткий миг, и этого мига Тамриз хватило, чтобы скимитаром порезать ему кисть. Он выронил второй клинок, и Тамриз тут же ударила его в живот голой ступней. Туда же, куда ее саму бил когда-то Джохар.

Стражник с хрипом отлетел на мраморный пол. Вставать в ближайшее время он явно не хотел и не собирался.

Аббас II Хеменид следил за схваткой тусклым холодным взглядом. Тамриз отбросила окровавленный клинок и гордо встала перед отцом.

— Твоя сила воистину возросла, дочь наша. Ты многому научилась у варваров. Даже неудачное дело принесло тебе пользу.