Читаем Копье и Лавр полностью

— Что? О чем ты…

Из рощи позади них раздался яростный клич, звон стали, треск веток. Боевой клич сменился криком, затем оборвался совсем.

Настала мертвая, жуткая тишина. Черная пасть кедровой рощи дохнула на девушек холодом самого давнего, самого глубокого страха, известного смертным — страха темноты и неизвестности.

Затрещали сухие ветки, закачались кедровые стволы. Что-то большое шло, продиралось через рощу, направляясь прямо к лощине. И к двум девушкам, замершим на ее краю.

***

Вода нашлась быстро. В глубине рощи — кажется, в западном направлении — таился небольшой пруд с водой гладкой, как поверхность зеркала. Тамриз нагнулась, провела по воде пальцем. Никаких следов на пальце не осталось. Вода была чистой и очевидно пригодной для питья.

Довольная собой, принцесса наполнила походную фляжку. Не так уж и сложны эти низкие нужды, вроде починки канатов и поиска воды. Варвары тратят целую жизнь на обучение этим примитивным вещам, и зовут это практичностью. А между тем умному человеку так легко выучиться им в считанные часы. Было бы, чем гордиться.

Тамриз закупорила фляжку, подняла голову. И застыла на месте.

С противоположного берега пруда, из-за тени кедров, на нее смотрели два круглых глаза. Белые, неподвижные, они чем-то напомнили принцессе стеклянный глаз Баррада Дарафалла. Слишком большие, чтобы принадлежать любому известному ей зверю.

Схватки с Джохаром приучили Тамриз выхватывать клинок немедля, не давая врагу ни мига форы. Сейчас ее быстрая реакция оказалась страшной ошибкой. Рука метнулась за спину, к рукояти скимитара, и существо на другой стороне пруда восприняло это как провокацию.

Что-то черное пронеслось над водой, сбило ее с ног и опрокинуло в пруд. Тамриз инстинктивно вскрикнула, наглоталась воды и, ничего не видя, вслепую рубанула клинком. Лезвие лязгнуло о что-то острое и твердое; сила удара была такой, что принцесса не удержала и выпустила из рук скимитар. В следующий миг холодные цепкие лапы схватила ее за лодыжки, выдернули из воды и с размаху ударили оземь. В голове зазвенело, и Тамриз провалилась во тьму.

***

Треск веток и тяжелая поступь приближались. Прятаться за деревьями значило бежать навстречу тому, что шло сейчас из темноты. На открытой полянке не было ни валуна, ни кочки, за которыми можно укрыться.

Оставалось только одно.

Ариста обхватила Тигону за плечи, зажала ладонью рот — интуиция подсказала, что иначе подруга обязательно завизжит и выдаст их — и резко откинулась назад. Девушки скатились по покатому склону лощины и упали на груду костей.

— Ты что…

— Тсссс!

Тяжкий топот слышался уже у самого края лощины. У Аристы было всего несколько мгновений, чтобы забросать себя и Тигону костями. Девушки притаились под останками, затаив дыхание и прижавшись друг к дружке. Сквозь щели и зазоры в костях они хорошо видели склон лощины, облитый лунным светом.

Массивная тень показалась на вершине склона. Более всего существо напоминало сову: обтекаемое туловище в черных перьях, цепкие лапы с острыми прочными когтями, круглая остроухая голова с кривым клювом и широко открытыми круглыми глазами. Но на том сходство и заканчивалось. Голова держалась на длинной гибкой шее, как у змеи. Вместо крыльев из туловища росли две пары гибких трехпалых рук, пугающе похожих на человеческие. А в приоткрытом клюве сверкали три ряда мелких острых зубов.

Существо вцепилось когтями в покатую поверхность склона и стремительно поползло вниз.

— Стрикс, — одними губами прошептала Тигона.

Несколько мыслей пронеслись в голове Аристы, быстрые, как удары клинка.

Стриксы. Мерзкие создания, которыми пугают детей. Не рептилии и не птицы, они пьют кровь несчастных жертв, высасывают их досуха и потом неделями жрут гниющее обескровленное мясо.

Конечно, в Орифии и окрестностях давно не видели ни одного Стрикса, да и вообще ни одного чудовища. Ведь чудовища появляются только там, где нет богов и их священных алтарей. Логика подсказывала, что на островах, куда им велели доплыть наставницы, такие алтари тоже были — поставленные когда-то орифийскими мореплавателями, чтобы обеспечить безопасные стоянки в море.

Но они причалили к неправильному острову, где никто не удосужился воздвигнуть алтарь. И как следствие, они угодили в логово самого настоящего монстра.

В этот момент тварь сняла что-то со своей горбатой спины и бросила на белые кости, в двух ногтях от лица Аристы.

Это была Тамриз. Глаза закрыты, на лбу кровавый шрам, но грудь поднимается и опускается. Принцесса жива. Пока что.

Стрикс отвернулась и поковыляла куда-то вглубь лощины. Кости хрустели под ее лапами. Ариста выбралась из-под останков и лихорадочно потрясла Тамриз за плечи.

— Ты что делаешь? Бежим отсюда! — свистящий шепот Тигоны раздался у самого уха.

— Мы не можем ее тут бросить!

— Почему? В смысле, она ведь даже не из наших!