Читаем Копье и кровь полностью

Габлер сел и обвел глазами темные небесные просторы. И замер, глядя на заднюю стенку уникара. Звезды за ней дрожали и расплывались, потому что воздух нагревался струей из двигателя. И дрожали не только звезды, но и красные габаритные огни двух летящих в отдалении машин. Они следовали за уникаром Криса, находясь чуть выше, справа и слева, не приближаясь и не удаляясь, и до них, как прикинул Габлер, было не больше километра. Судя по обозначенным огнями контурам, сзади шли полицейские машины. Понятное дело, они не просто сопровождали его уникар, а были намерены принудить к посадке в удобном месте. Например, в ближайшем городе. И такие возможности – Габлеру это было известно – у них имелись. Выходит, его бегство из Александрии все-таки не осталось незамеченным.

– Блип! – сказал Крис.

А больше ничего и не надо было говорить – в это короткое слово он вложил все свои чувства. И ни одно из них не входило в категорию добрых.

Да, не надо было ничего говорить, надо было действовать. И чем быстрее, тем лучше. Именно этим Габлер и занялся, перебравшись в кресло водителя. Первым делом он выяснил, где сейчас летит уникар и какой крупный населенный пункт находится поблизости. Таким пунктом оказался город Эммаус. Крис вывел на панель его схему и быстро ее изучил. Вторым делом он извлек из-под панели блок с запрограммированным курсом и сунул в карман безрукавки. Затем отключил пайлота и перешел на ручное управление. Теперь все зависело от его умения и возможностей уникара. На что способна такая машина, Габлер знал. То, что он собирался на ней проделать, не было чем-то запредельным, но обойтись без риска не получалось. А риск был связан, в первую очередь, с уровнем его, Криса, летного мастерства.

«Ты справишься», – сказал он себе.

Шлем с информером[32] не входил в комплект оборудования уникара, а он сейчас был бы очень кстати. Оставалось надеяться только на видеокамеру, которую Габлер и включил. На обшивке напротив его лица тут же возникло вполне различимое объективом пространство впереди летящей машины. Крис спроецировал прямо на него, справа, приборную панель и схему движения уникара относительно Эммауса – так было удобнее, чем водить глазами туда-сюда.

Обе машины продолжали идти следом как привязанные. Те, кто сидел в уникарах, были уверены в том, что этот тип никуда от них не денется.

«Спокойной ночи, парни!» – усмехнулся Габлер и провел пальцем под правым подлокотником.

Ремни безопасности зафиксировали его тело в кресле. Крис погасил габаритные огни и сосредоточился на управлении машиной. Его пальцы запорхали над панелью управления, и в ответ на эти движения двигатели взвыли.

Форсаж!

Уникар по дуге рванулся вверх, уходя к звездам. Перегрузка придавила Габлера к спинке кресла – квенчера[33] в таких аппаратах тоже не было. Ни к чему они самому обычному наземно-воздушному пассажирскому транспорту. Да и предельная скорость уникаров значительно уступала скорости боевых машин. Другое дело, что перегрузки Габлер испытывать не привык. Впрочем, неприятные ощущения длились недолго. Поднявшись до одиннадцатикилометровой высоты, уникар словно перевалил через вершину горы и пошел вниз. Определив по схеме расстояние до Эммауса, Габлер выбрал нужный угол пикирования, включил заднюю видеокамеру и прибавил скорость. Когда на горизонте забрезжили огни Эммауса, он приготовился к выходу из пике. Где сейчас находились преследователи и чем они занимались, Крис не видел – задняя камера показывала только звездное небо. Значит, полицейские машины не стали повторять его маневр и, вероятно, проскочили вперед и оказались вне обозримого пространства. Собственно, сейчас Габлера это мало интересовало – у него была своя задача.