Читаем Копье и кровь полностью

Он направил пульт на стену – и та бесшумно разошлась на две части как раз в тот момент, когда твинсеры друг за другом направились к двери подъезда. Высунув левую руку в образовавшийся проем, Габлер с силой бросил шарик за спины твинсеров, в гущу деревьев. Грохнуло так, что, казалось, само небо лопнуло и дождь пошел еще сильней. Взметнулись в воздух куски дерна и измочаленные ветки, воду с дороги согнало к противоположной обочине. По стене соседнего подъезда зазмеилась трещина. Твинсеры отреагировали на близкий взрыв именно так, как и предполагал Крис. Собственно, как учили. Они рухнули на землю, начали раскатываться в разные стороны, и в ближайшие мгновения все их внимание должно было сосредоточиться на том направлении, откуда прогремел взрыв. Этим и намеревался воспользоваться Габлер. Уже прыгая вниз из спальни, он метнул еще один убойный шарик – теперь уже ближе к твинсерам, чтобы не дать им возможности осматриваться и увидеть то, что происходит у них за спинами. Намеренно причинять им вред он не собирался, но и щадить не стал бы – если по-другому не получалось бы.

«Своя рубаха ближе к телу», – словно прозвучал в голове голос прадеда Хенрика.

Габлер приземлился на ноги, присел, тут же выпрямился и, подняв напряженные руки, обеспечил мягкую посадку повторившей его прыжок риголке. Подтолкнул ее в направлении перекрестка и, уже устремляясь следом, пустил в дело третий шарик. Тот взорвался примерно там же, где и второй, окончательно очистив от растительности пространство между соседним подъездом и дорогой.

Выбирая кратчайший путь среди деревьев и кустов, Крис обогнал риголку и, шлепая босыми ногами по воде, первым добрался до сливной решетки. Вырвать ее из дорожного покрытия ему, чьи возможности были многократно усилены экстрой, не составило особого труда. Перед ним открылся круглый колодец со скобами, глубиной метра два. Несмотря на почти полное отсутствие света внизу, Габлер отлично видел, как там мчится вода, заполняя широкую наклонную трубу, ведущую к реке. Он не стал тратить время на то, чтобы оглянуться и посмотреть, чем там занимаются его формальные коллеги. Схватил риголку за руку и скомандовал:

– Вдохни – и вперед!

Подождал мгновение – и прыгнул в колодец, не выпуская ладонь Лили. Погрузился в воду, ощутил под ногами вогнутое «дно» трубы и, повинуясь напору потока, повалился на спину, головой к реке, отталкиваясь ступнями, чтобы добавить скорости. Почти одновременно он развернул риголку лицом вверх, чуть сдвинул, так, что ее затылок оказался на уровне его груди, и прижал к себе. Лили не оказывала ни малейшего сопротивления, отлично понимая его действия. Руки Габлера ощущали ее груди – и это был единственный приятный момент в той сцене, в которой они оба сейчас участвовали. И сцена эта была отнюдь не статичной, а очень даже динамической. Их несло по трубе, и Крис теперь мог представить себе, что ощущает какая-нибудь букашка, угодившая под струю из крана и низвергнутая в канализацию. Ощущения были отнюдь не позитивными. Он держал глаза открытыми, но разобрать ничего не мог даже с помощью экстры. Да и что можно разглядеть в мутном потоке в сточной трубе? Габлер приподнял голову, надеясь, что выше имеется пространство, не заполненное водой, но тщетно. Воздуха в легких пока хватало, и он надеялся, что Лили тоже не испытывает неудобств в этом плане. Он похлопал риголку ладонью по руке, и рука дернулась в ответ.

«Все-таки они за мной следили, – пришла ему в голову не очень своевременная мысль. – А я ничего не заметил… Регулар, блип! А не податься ли тебе, дружок, в какие-нибудь аграрии?»

Впереди, оттуда, куда нес их поток, послышался приближающийся шум. Габлер сразу сообразил, что это такое: вода, изливаясь из трубы, обрушивалась в Карштхорн, и значит, нужно было приготовиться к финальному этапу «канализационного заплыва». Хотелось верить, что конец трубы поднят над рекой не на десяток метров, а на гораздо меньшую высоту. Он мощным рывком, продолжая держать Лили, перевернулся на живот и вытолкнул ее из-под себя. Теперь они неслись в потоке рядом, и Крис придерживал риголку за рукав лонгслива. Шум все нарастал. Вокруг по-прежнему была сплошная муть, однако Габлер не прозевал того момента, когда их вместе с потоком воды выбросило из трубы – под другие потоки, льющиеся с неба. А впереди была встреча с еще одним потоком – рекой.