Такая специфика психологической структуры классического сотрудника спецслужб имеет отношение к вертикальной двойственности, к навыкам одновременного нахождения в двух сосуществующих интерпретационных сферах — “номократической” и “кратополитической”. Эта двойственность может быть названа “вертикальной”, так как речь идет о неравнозначных моделях. “Номократия” объясняет и регламентирует внешнюю сторону событий и фактов, наиболее далекую от их реального содержания. “Кратополитика” имеет дело с неявной, скрытой подоплекой вещей, недоступной для непосвященных. Между этими двумя сферами существует иерархия: “обыденная” трактовка социальных событий всегда заведомо дальше от истины, нежели ее тайная кратополитическая подоплека.

Существует и иная форма “раздвоения сознания”, также присущая типичным представителям спецслужб. В отличие от первой она может быть названа “горизонтальной”. Речь идет о способности сотрудников находиться одновременно в двух интерпретационных контекстах, принадлежащих одному и тому же социальному и интерпретационному плану. В сфере “номократии” адекватный представитель спецслужб склонен к одновременному пребыванию в довольно далеких друг от друга секторах, с пониманием и активным владением приемами всех этих сред. Закрытые круги воинских гарнизонов и столичная богема, литературные салоны и инженеры из конструкторского бюро, преступные группировки и законоохранительные органы, низшие и высшие классы обществ — все эти области, имеющие разную специфику, систему подразумеваний, этикета, жаргона и социальных установок, могут быть в равной мере доступными и естественными сферами для профессиональных сотрудников. Более того, “вертикальное раздвоение” уже само по себе облегчает эту задачу, поскольку опыт прикосновения к кратополитике обнаруживает относительность социальной фиксации в рамках конкретного общественного сектора. Все это открывается как не более чем условность, второстепенная по отношению к реальностям, с которыми сотрудник имеет дело в кратополитическом срезе своего существования.

Но помимо “горизонтального раздвоения” на нижнем, номократическом, уровне может существовать и иное “горизонтальное раздвоение” на высшем уровне. Имеется в виду такая ситуация, когда сам кратополитический уровень начинает пониматься как относительный и условный. В таком случае мы имеем дело с феноменом “двойного агента”, человека, чье сознание настолько “раздвоено”, что он способен — по той или иной причине и под воздействием тех или иных обстоятельств — смешать между собой конфликтные кратополитические парадигмы. В некоторых случаях это качество необходимо для тончайших операций по инфильтрации агентов во враждебные спецслужбы; в этом случае “раздвоенность” на верхнем уровне используется инструментально. Но сама структура кратополитики такова, что данный прием может оказаться крайне опасным, поскольку человек не может функционировать одновременно в двух противоположных парадигмах, если у него нет еще одного, третьего, высшего уровня, который бы делал два предыдущих уровня более или менее относительными. Следовательно, для эффективного внедрения в противоположную кратополитическую службу необходимо обладать какими-то совершенно незаурядными качествами и апеллировать к особой, еще более внутренней и глубокой, инстанции. В противном случае сотрудник рискует сам утерять нить того, на кого же он, собственно говоря, работает.

Описание психологического типа классического сотрудника спецслужб показывает, что речь идет о неординарном психологическом складе, тяготеющем к умножению социальных форм и интерпретационных пластов одной и той же личности. Неудивительно, что такому складу вполне может сопутствовать целый веер психических отклонений, неврозов, психозов, явных или скрытых заболеваний, в некотором случае, прямых извращений. В сфере кратополитики психические отклонения от нормы являются одним из главных признаков профессиональной пригодности. Но вместе с тем, здесь же кроется и опасность того, что данная черта приведет сотрудника к коллапсу и сделает его профессионально непригодным.

Тройственная иерархия типов