Мондиализм, проект “мирового правительства” как концепция находится в серьезном противоречии с геополитикой как наукой. Хотя в обоих случаях речь идет об оперировании с довольно глобальными категориями и комплексными реальностями, — из чего может сложиться ошибочное представление о сходстве подходов, — основные принципы в корне различаются. Геополитика начинается и заканчивается утверждением неснимаемого, фатального дуализма, “великой войны континентов”, планетарной дуэли двух глобальных типов цивилизаций — “сухопутной” (евразийской) и морской (атлантистской). Этот дуализм порождает диалектику истории как в ее субъектном (человеческом), так и в объектном (географическом, ландшафтном) измерениях. Геополитика основана на утверждении о радикальной несводимости, абсолютной альтернативности этих цивилизационных типов, каждый из которых представляет “мир в себе”, законченную и самодостаточную модель, собственный универсальный тип. В такой перспективе, “мировое правительство” возможно лишь после окончательной и необратимой победы одного полюса над другим, и “единое человечество” в таком случае будет не собиранием в одно целое двух половин, но универсализацией, глобализацией, тотализацией какого-то одного типа — либо евразийского, либо атлантистского. Но так как эту цель можно представить лишь в неопределенно далекой перспективе, то геополитика предпочитает говорить не о футурологических проектах, но о выработке и реализации конкретной геополитической стратегии и тактики для достижения конкретных целей.

Мондиализм, напротив, утверждает, по крайней мере, в теории, сущностное “гуманистическое” единство человечества, разделение в рамках которого представляются случайным, произвольным и качественно “негативным” явлением. По мере прогрессивного развития цивилизационные погрешности будут сознательно устраняться “поумневшим” человечеством, которое перейдет вначале в техносферу, что отразится в установлении власти “технократов”, “ученых” и “инженеров”, а позже — в “ноосферу”, особую стадию цивилизации, которая в чем-то напоминает концепции “информационного” или “постиндустриального” общества.

Совершенно очевидно, что мондиализм и геополитика как две интерпретационные модели конфликтуют друг с другом. Мондиализм отрицает судьбоносность и эсхатологический смысл геополитического дуализма (как, впрочем, и сам дуализм), а геополитика его утверждает, соответственно, отрицая идеи “единого человечества” и “единого прогресса”. Если “прогресс” и существует, то его траектория и характер радикально различны в случае евразийской цивилизации и цивилизации атлантистской.

Мы подошли вплотную к самому главному.

Мондиализм на службе Кремля

Если обратиться к истории спецслужб советского периода, мы встречаемся с ярчайшим примером того, как столкнулись между собой два концептуальных подхода, интересующих нас в данном случае — мондиализм и геополитика. Речь идет о секретной операции советской разведки по разработке ядерного оружия и получения важнейшей закрытой информации от западных ученых, без которой изготовление советской ядерной бомбы было бы замедлено или вообще невозможно. Довольно объективно вся эта история описана у нашего легендарного разведчика Павла Судоплатова. В этом сюжете наглядно проявилась тайная логика концептуальной истории. Заметим, что именно с ядерным оружием связана вся система двуполярного послевоенного мира, который был самым грандиозным и внушительным подтверждением именно геополитического объяснения истории: существование двух блоков (точно соответствующих геополитическим полюсам, выделенных уже первыми геополитиками в начале века) связывало воедино целый узел географических, цивилизационных, экономических и идеологических моментов, давая тем самым блистательное подтверждение взглядов геополитиков на логику мировой истории и ее связь с географией.