Читаем Конан и Крипта Хроноса (СИ) полностью

   -Это не пистолет, дружище, бери выше-это плазменная винтовка. Гулей уничтожила струя горячей плазмы, почти солнечной температуры. А насчет долга не бери в голову, у тебя будет еще возможность заплатить его сполна, даже с лихвой

   Киммериец почти ничего из сказанного не понял, но с уважением покосился на винтовку. Впервые у него мелькнула мысль, что, имея такую штуку в дополнение к мечу, стать королем хоть Аквилонии, хоть Коринфии оказалось бы значительно проще.

   -Гораздо хуже другое,- продолжал, тем временем, Рашид, пряча куда-то свою винтовку,-похоже хронокапсула в этом месте не функционирует. Возможно, гули, рыская здесь в глубине песка, что-то там повредили во входном механизме. Так что нам предстоит новый переход без нормального отдыха до следующей хронокапсулы.

   -Так чего мы ждем?-ответил Конан, поправляя за спиной ножны меча.-По ночной прохладе мы легко преодолеем пять лиг и к утру остановимся на отдых в следующем оазисе.

   -Тогда отправляемся в путь!-тронул поводьями коня Рашид.- И пусть твой Кром избавит нас сегодняшней ночью от новых приключений.

   -Вот еще чего!-громко фыркнул киммериец.- Владыке Крому больше делать нечего, как только думать о том, чтобы мы с тобой не встретили по дороге новых гулей или другую нечисть. Да если бы я выжил из ума и обратился к нему с такой просьбой, он бы, как труса, разрубил меня своим топором на множество маленьких конанов. Кром при рождении младенца вдыхает в него мужество и отвагу, после чего, до дальнейшей его судьбы грозному богу дела нет.

   -Гмм,- хмыкнул Рашид,- ты меня, конечно извини, но какой смысл служить богу, которому до тебя дела нет?

   -Я и не служу ему,-пожал плечами Конан,-да ему моя служба и не нужна. Он вдохнул в меня при рождении силу, отвагу и мужество, а что еще нужно настоящему мужчине? Если я пройду свой земной путь, как положено воину и погибну с мечом в руке, то, если окажусь достойным и совершу великие подвиги, Кром, может быть, возьмет меня в свои небесные чертоги. А это предел мечтаний любого киммерийского воина.

   Глава четвертая.

   Следующую хронокапсулу они отыскали с первыми лучами дневного светила, преодолев за ночь пять лиг. Мерцающий прямоугольник возник внезапно, когда у Конана уже мелькнула мысль, что вход и в этот оазис во времени тоже окажется неисправным.

   -А не лучше ли нам двигаться по ночам? -спросил он Рашида, когда некоторое время спустя они нежились в тени пальм у быстрого ручья с прозрачной чистой водой.- И прохладно, и идти быстрее.

   Отхлебнув добрый глоток аргосского вина из бурдюка, тот протянул его киммерийцу и некоторое время молчал, ничего не отвечая.

   -Идти ночью, конечно заманчиво,- наконец, сказал он,-прохладно, не так устаешь, нет дневного зноя. Но под покровом темноты здесь в пустыне может вылезти на свет божий такое, что ни ты со своим мечом, ни я, располагая целым арсеналом оружия, не справимся. Поверь, друг Конан, пустыня может скрывать такие сюрпризы, что и суккубы и гули покажутся по сравнению с ними детской забавой. Нам лучше выходить с рассветом и стараться пройти пять лиг до полудня, это самый разумный вариант. не забывай, что мы прошли всего половину пустыни и у нас впереди еще, по меньшей мере, пять переходов от хронокапсулы к хронокапсуле.

   В правоте Рашида насчет сюрпризов пустыни им пришлось убедиться, на следующий день, когда до очередного оазиса во времени оставалось пройти чуть больше двух лиг. Больше половины дневного перехода они прошли утром, когда пустынный зной ощущался не так сильно и можно было рассчитывать, что, когда солнце поднимется к зениту, они уже укроются от его палящих лучей в очередном хроносхроне.

   Конечно, монотонная ходьба под палящим солнцем угнетала киммерийца, выросшего в горах, где воздух всегда прохладен и свеж, а дневное светило - лучезарный глаз Митры, радует не столько теплом, сколько светом. Но варварская натура полудикого горца очень часто пробуждалась в Конане в трудные минуты его жизни, позволяя привыкнуть к самым тяжелым испытаниям, выпадавшим на его долю. Вот и сейчас он почти приспособился к сложным условиям путешествия в пустыне и уверенно передвигался по песку со скоростью примерно лига в час. Такова же была и скорость коня Рашида, поэтому они друг друга не задерживали.