Читаем Кому отрава “Мёртвая вода”? полностью

Кому отрава “Мёртвая вода”?

Кому отрава "Мёртвая вода"?

Предиктор СССР Внутренний

История / Политика18+

КОМУ ОТРАВА “МЁРТВАЯ ВОДА”?

Как известно из русских народных сказаний, мёртвая вода это - не отрава и не мерзость, а благодетельное средство: всякой нечисти ее давали пить, чтобы она сама собой зачахла; а добрые люди при ее помощи восстанавливали целостность тел после ранений и даже после расчленения убитых, перед тем, как возродить их к полноте жизни живой водой. Написанное слово - мертво, а живая мысль в живом слове - речь человека - живая вода: так что название весьма знаменательно для культурной традиции народов России.

Перед нами книга “Мёртвая вода”. На титульном листе - знак принадлежности информации: “Внутренний Предиктор СССР”, “предиктор” по-русски - предуказатель. В конце каждой из двух частей книги указаны даты написания: часть I: февраль - июнь 1991; часть II: февраль - май 1991, - все сказано до ГКЧП.

Часть I “Мёртвой воды” называется “Разгерметизация”, что прямо противостоит герметизму (таимой доктрине порабощения человечества) и имеет подзаголовок “Историко-философский очерк жизнеречения”. Составители “Мёртвой воды” сразу же берут быка (судя по контексту: - египетского Амона) за рога: указывают на роль жречества в структуре общества и организации его самоуправления, которая, как далее явствует из текста “Мёртвой воды”, качественно отличается от роли духовенства и интеллигенции в науке и искусствах, известной нам по современности.

С точки зрения составителей “Мёртвой воды” социология, как наука, выражает собой общую теорию управления по отношению к обществу, и является объемлющей по отношению ко всему множеству частных научных дисциплин и всей системе знаний. Она не проще, а сложнее, чем математика или физика - традиционно-обывательские тесты на интеллектуальность - и также требует совестливого профессионализма, как и любое доброе дело,поскольку нравственность делателей объективно предопределяет результат. Соответственно делается вывод: «Социологов-профессионалов в науке нет. Безответственный благонамеренный дилетантизм физиков (очевидный намек на академика Сахарова) их заменить не может. СоциОЛУХИ же, заполонив государственные структуры, взяли правление на себя и закономерно вогнали общество в хаос (это - оценки состояния первой половины 1991 г.) Поэтому название (по контексту: “Историко-философский очерк жизнеречения”), достаточно строго очерчивая тематику изложения, оставляет социОЛУХОВ при их монополии на говорильню (по-”демократически” - парламентаризм).»

Грубовато и не деликатно, конечно, сказано, зато доходчиво. Но реформаторы-демократизаторы пока не сделали ничего такого, что позволило бы назвать составителей “Мёртвой воды” невежественными грубиянами, тем более, что о негативных общественно-экономические последствиях “демократизации” они предупреждали еще в 1991 г., а у сделавших тогда “демократический” выбор, было достаточно времени, чтобы сегодня посмеяться над старым бредом “Мёртвой воды”.

А так, после всех усилий капиталистической реформации в аналитической разработке одной из частно-предпринимательских коммерческих структур можно прочитать оценку демократизации и рыночной либерализации экономики по Гайдару и Чубайсу с точки зрения бизнесменов, умеющих видеть и считать больше чем деньги:

«2.1. Если оценивать деятельность государственной власти России-СССР в последние десять лет по результатам, поддающимся измерению и сопоставлению (динамика российского производства и потребления, качество продукции, градация населения по уровням потребительской активности на различных рынках, внутрисоциальная напряженность и преступность), то вывод можно сделать только один: кроме благонамеренных деклараций и обещаний, которые государственная власть не умеет выполнять, у Правительства, как, впрочем, и у “непримиримой” оппозиции, за душой ничего нет.

2.2. Сами администраторы, чья подпись и слово придают властную силу проектам управленческих решений, действуют на основе рекомендаций авторитетных специалистов. В недееспособности чиновников таким образом проявляется некомпетентность и слепота консультантов от науки, участвующих в выработке правительственных решений; прежде всего это касается экономической науки. Рекомендации, данные квалифицированным экономистом администрации, при их выполнении должны приводить к тем последствиям, которые обещает экономист, а не к обратным, как это имело место в последние годы в России при следовании Правительства советам доморощенных и зарубежных “авторитетов”.

2.3. Это обстоятельство приводит к проблеме защиты корпорации, как хозяйственной целостности, объединяющей множество административно самостоятельных частных хозяйств разной производственной мощности, от безответственности по отношению к реальному производству консультантов и советников государственной власти.»

Короче говоря,лозунг дня: “Братва! Не стреляйте друг в друга! Пролетарии и предприниматели! Вы - народ:объединяйтесь для защиты себя и своих детей от невжественных политиканов - марксистов-ленинцев и демократов!”

Перейти на страницу:

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Сталин
Сталин

Главная книга о Сталине, разошедшаяся миллионными тиражами и переведенная на десятки языков. Лучшая биография величайшего диктатора XX века, написанная с антисталинских позиций, но при этом сохраняющая историческую объективность. Сын «врагов народа» (его отец был расстрелян, а мать умерла в ссылке), Д.А. Волкогонов не опустился до сведения личных счетов, сохранив профессиональную беспристрастность и создав не политическую агитку, а энциклопедически полное исследование феномена Вождя – не однодневку, а книгу на все времена.От Октябрьского «спазма» 1917 Года и ожесточенной борьбы за ленинское наследство до коллективизации, индустриализации и Большого Террора, от катастрофического начала войны до Великой Победы, от становления Свехдержавы до смерти «кремлевского горца» и разоблачения «культа личности» – этот фундаментальный труд восстанавливает подлинную историю грандиозной, героической и кровавой эпохи во всем ее ужасе и величии, воздавая должное И.В. Сталину и вынося его огромные свершения и чудовищные преступления на суд потомков.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
АНТИ-Стариков
АНТИ-Стариков

Николай Стариков, который позиционирует себя в качестве писателя, публициста, экономиста и политического деятеля, в 2005-м написал свой первый программный труд «Кто убил Российскую империю? Главная тайна XX века». Позже, в развитие темы, была выпущена целая серия книг автора. Потом он организовал общественное движение «Профсоюз граждан России», выросшее в Партию Великое Отечество (ПВО).Петр Балаев, долгие годы проработавший замначальника Владивостокской таможни по правоохранительной деятельности, считает, что «продолжение активной жизни этого персонажа на политической арене неизбежно приведёт к компрометации всего патриотического движения».Автор, вступивший в полемику с Н. Стариковым, говорит: «Надеюсь, у меня получилось убедительно показать, что популярная среди сторонников лидера ПВО «правда» об Октябрьской революции 1917 года, как о результате англосаксонского заговора, является чепухой, выдуманной человеком, не только не знающим истории, но и не способным даже более-менее правдиво обосновать свою ложь». Какие аргументы приводит П. Балаев в доказательство своих слов — вы сможете узнать, прочитав его книгу.

Петр Григорьевич Балаев

Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука
Алхимия
Алхимия

Основой настоящего издания является переработанное воспроизведение книги Вадима Рабиновича «Алхимия как феномен средневековой культуры», вышедшей в издательстве «Наука» в 1979 году. Ее замысел — реконструировать образ средневековой алхимии в ее еретическом, взрывном противостоянии каноническому средневековью. Разнородный характер этого удивительного явления обязывает исследовать его во всех связях с иными сферами интеллектуальной жизни эпохи. При этом неизбежно проступают черты радикальных исторических преобразований средневековой культуры в ее алхимическом фокусе на пути к культуре Нового времени — науке, искусству, литературе. Книга не устарела и по сей день. В данном издании она существенно обновлена и заново проиллюстрирована. В ней появились новые разделы: «Сыны доктрины» — продолжение алхимических штудий автора и «Под знаком Уробороса» — цензурная история первого издания.Предназначается всем, кого интересует история гуманитарной мысли.

Вадим Львович Рабинович

Культурология / История / Химия / Образование и наука