– Нету его, – ответил мужчина, почесывая подбородок.

– А где он?

– Да кто ж его знает, – хмыкнул мужчина. – Он нам не докладывает.

Потом, повернувшись в сторону комнаты, крикнул:

– Мать! Мишка не говорил, когда он объявится? К нему пришли тут…

– Господи! – в коридоре показалась худенькая женщина с собранными в узел жиденькими волосами. В руках у нее была тряпка – видимо, мы застали ее за мытьем полов. – Да когда это он говорил-то?

– А сегодня он был дома?

– Да со вчерашнего дня не появляется, – ответила она несколько испуганно. – А что случилось-то?

Видимо, мы настолько отличались от привычных визитеров ее сына, что она почуяла неладное.

Жора достал свое удостоверение, которое женщина взяла дрожащими руками.

– Он что, натворил что-нибудь? – тихо спросила женщина, роняя тряпку и прижимая руки к сердцу.

– Нет-нет, – постарался успокоить ее Жора, – мы просто выясняем обстоятельства. Разрешите нам осмотреть дом?

– Пожалуйста, – все так же испуганно проговорила женщина, отступая.

– Вот еще, бл… еб твою мать, из-за этого выродка еще по дому будут шарить! – выругался отец, но тоже отошел, освобождая нам дорогу.

Мы разулись и прошли.

– Вы тапки наденьте, – засуетилась женщина, – а то мокро тут, я только уборку начала… Все не успеваешь, днем работа, потом ужин готовила, – она словно оправдывалась перед нами.

Ее муж демонстративно залег на диване с газетой, показывая, что не намерен принимать никакого участия в происходящем.

Мы с Жорой прошлись по всем комнатам. Мишки не было. Да это, в общем, и так было ясно.

– Да что случилось-то? – снова спросила женщина. – Вы уж скажите нам, если он что натворил.

– Да что ты, мать, из-за него убиваешься! – не выдержал отец. – Посадят – и слава богу! Хоть нервы нам мотать перестанет!

– Да что ты такое говоришь, отец! – на глазах женщины выступили слезы, – сын родной все-таки…

– Сын, сын, – проворчал отец. – Лучше бы и не было такого сына!

Женщина закрыла лицо руками и заплакала.

– Простите, пожалуйста, вас как зовут? – обратился к ней Жора.

– Лю… Любовь Дмитриевна, – всхлипывая, ответила женщина.

– Любовь Дмитриевна, у вас посидят наши люди до появления вашего сына, – мягко сказал Жора.

– Дожили! – бросил отец, – милиция караулит! Нечего его караулить! Ну, заявится – я ему сам устрою такое, что ему и не снилось! Своими руками!

– Это, конечно, дело ваше, – согласился Жора. – Но мы все-таки оставим у вас дежурного.

Жора попросил у меня сотовый телефон, позвонил в отделение и приказал срочно прислать кого-нибудь на Пролетарку. Кроме того, он распорядился послать своих людей походить по местам, где часто появляется Мишка и забирать похожих на него молодых парней. После этого он отключил связь.

Мы дождались приезда Стригалева и поехали ко мне домой.

И мне, и Жоре, конечно, очень хотелось самим дождаться появления Мишки, но интуиция подсказывала, что сегодня он ночевать домой не придет.

К тому же Жора прекрасно помнил о моем обещании провести у меня вечер и ночь, еще и поэтому он не особенно стремился задерживаться в доме Болдыревых.

Глава третья Ольга

После того, как мой дом наконец опустел, я с чистой совестью легла спать. Все эти передряги и нервотрепки настолько выбили меня из колеи, что у меня даже не было сил дойти до магазина и купить чего-нибудь расслабляющего.

Вместо этого я приняла две таблетки реланиума, чтобы снять состояние тревожности, и легла в постель. Заснула я почти моментально и проспала бы неизвестно сколько, если бы не раздавшийся телефонный звонок.

Обругав Полину на чем свет стоить, я решила не вставать и не брать трубку. А то еще, чего доброго, неугомонная сестрица отправит меня куда-нибудь «по важному делу». А я и впрямь не в состоянии сегодня слезть с постели.

Едва я перевернулась на другой бок, уже снова проваливаясь в сладкий сон, как телефон затрещал с новой силой.

Нет, видно, от Полины так просто не отвяжешься. Я решила встать и категорически заявить сестре, что беспокоить меня после пережитых мною событий – просто свинство. И решительно отказать ей в любой просьбе. До завтра.

Кое-как дойдя до телефона, сняв трубку и сказав «Але!», я услышала в ответ только короткие гудки. Видимо, Полине надоело ждать, когда я возьму трубку, или она решила, что я очень крепко сплю, либо куда-то ушла.

Я на всякий случай посидела возле телефона пару минут, а потом, недолго думая, просто отключила его. А то так и не дадут выспаться, а там и до нервного срыва недалеко.

Зевая и пошатываясь – сказывалось действие реланиума, – я вернулась обратно в спальню и с наслаждением залезла в теплую постель.

Мне снился замечательный сон о том, что я попала в какой-то чудный сад, в котором не происходило никаких страшных историй, а наоборот, царили мир и спокойствие.

Почему-то больше всего мне запомнились качели, на которых я каталась, взлетая высоко-высоко и совсем не боясь упасть. И ощущение при это было очень приятным.

А потом в саду, где если и слышались какие-то звуки, то были они очень приятными и радующим слух, преимущественно музыкальными, вдруг раздался какой-то неприятный вой, сразу нарушивший всю гармонию.