Читаем Комедии полностью

В начале апреля 1701 года Рич поставил третью пьесу Фаркера — «Сэр Гарри Уайльдер», которая продолжала и развивала сюжетные линии «Верной супружеской пары». Хотя спектакль прошел несколько раз, успехом у публики он не пользовался. Знакомые зрителю образы потеряли в этой пьесе свое былое обаяние и силу: в бездушную и капризную кокетку превратилась леди Льюруэлл, а умный и скромный полковник Стэндард — в «ревнивого мужа», персонажа столь типичного для комедии Реставрации. Переодевания, «призраки», обманы и розыгрыши лишились своей занимательности, легкости, остроты; они отягощали сюжет, структура спектакля становилась громоздкой и неуклюжей.

Тяжело пережил свою неудачу Фаркер и, словно не веря более в собственные силы, обратился за помощью к драматургу елизаветинской эпохи Джону Флетчеру, переделав его комедию «Охота за охотником». «Неверный» Фаркера был холодно принят публикой: уж слишком трудной оказалась задача приспособить пьесу Флетчера, написанную в 1621 году, ко вкусам английского зрителя начала XVIII века. «Охота за охотником» лишена каких бы то ни было романтических мотивов, отношения между героями грубы, порой откровенно физиологичны. В развитии сюжета отсутствует логическая последовательность, язык отличается тем «светским остроумием», которое сделало Флетчера модным драматургом в период Реставрации.

Несмотря на неудачу, «Неверный» был свидетельством растущего мастерства Фаркера-драматурга.

«Невеселая театральная доля» была уготована — увы! — и следующей пьесе Фаркера — «Близнецы-соперники» (1702). Как ни пытался Фаркер развеселить публику, «смехом обличая порок», ничего из этого не вышло: сюжет пьесы — борьба братьев-близнецов за наследство и титул — никак не «укладывался» в привычные рамки жанра, был слишком серьезным для дрюри-лейнской публики, не привыкшей к «глубокомысленной комедии».

Драматург вскоре и сам понял, что выбранную им тему едва ли стоило «облекать в форму комедии», однако в предисловии к первому изданию «Близнецов-соперников» он попытался объяснить свою точку зрения на задачи комедии: «…существует мнение: дело комедии — критиковать глупость и безрассудство, цель трагедии — бичевать порок. Но что же делать со злом «средним», слишком высоким для комедии и слишком низким для трагедии? Неужели может оно оставаться безнаказанным? Разве не опасны для общества злодейства, разоблаченные в моей пьесе, — мошенничество, злословие, интриганство, подлог?.. Но персонажи мои слишком мелки для трагедии. Что же с ними делать? Конечно, они должны стать предметом комедии».

В этих рассуждениях Фаркера намечается, вне сомнений, поворот к новому жанру — буржуазной драме.

К бедам театральным прибавились вскоре неприятности личные. Как рассказывают, в 1703 году Фаркер, надеясь поправить свое весьма пошатнувшееся материальное положение, женился на молодой вдове, которая — по ее собственным словам — имела ежегодный доход в 700 фунтов стерлингов. Однако после того как был подписан брачный контракт, выяснилось, что единственным «имуществом», которым владела вышеназванная вдова, были… ее трое детей от первого брака.

Материальное положение семьи становилось тяжелее день ото дня. Потеряв всякую надежду на успех, Фаркер неделями не брался за перо, существуя лишь на случайные заработки.

В феврале 1704 года на сцене театра Линкольнс-Инн-Филдс состоялась премьера фарса «Дилижанс», который Фаркер написал совместно с Питером Моттё, заимствовав сюжет у французского драматурга Жана де ла Шанеля. Спектакль был хорошо принят публикой и принес авторам некоторый доход. К тому же с помощью Роберта Уилкса пьесу удалось напечатать в Дублине, а к концу года театр Смок-Элли, желая хоть как-то помочь Фаркеру, пригласил его сыграть роль сэра Гарри Уайльдера в «Верной супружеской паре», специально возобновленной к приезду «блудного сына» и показанной в его бенефис.

На деньги, вырученные от поездки в Дублин, рассчитывать, однако, не приходилось. Вскоре Фаркер снова метался по Лондону в поисках заработка. И тут совершенно неожиданно подвернулась возможность купить патент на чин лейтенанта и стать офицером-вербовщиком в пехотном полку, которым командовал герцог Оррери. Долго раздумывать не приходилось: время было нелегкое, шел третий год войны за Испанское наследство. Драматург принял предложение: 54 фунта 16 шиллингов в год. Деньги хоть и небольшие, но верные: уж очень устал Фаркер от непрестанной нужды, здоровье пошатнулось, да и семья увеличилась быстро — в 1704 году родилась дочь, а через год — другая.

Однажды новоиспеченного офицера-вербовщика судьба занесла в маленький провинциальный городок Шрюсбери графства Шропшир. Здесь он был тепло принят местным обществом, что превратило его службу («самое скучное и неблагодарное дело на земле») в сплошное удовольствие.