Читаем Комедии полностью

К а р а у л о в (оборачивается, Мане). Видеть тебя не хочу, паршивая девчонка! Ведь меня только случайно паралич не разбил. Зато твою мамашу разобьет, честное слово, разобьет! Ну, как я ей скажу? (Оборачивается и видит возвращающуюся с сумкой в руках Ольгу Павловну.) Ой!..

О л ь г а  П а в л о в н а. Зачем ты голову замотал? Разве сегодня жарко?

К а р а у л о в. Да, было жарко.

О л ь г а  П а в л о в н а. А я как-то не заметила.

К а р а у л о в. Погоди, заметишь. Ты присядь.

Ольга Павловна не садясь выкладывает на стоп мелкие покупки.

(В сторону.) Надо начать издали. Оля! Помнишь, была такая страна — Спарта?

О л ь г а  П а в л о в н а. Простокваши хочешь?

К а р а у л о в. Я очень важное тебе говорю. Была такая страна Спарта.

О л ь г а  П а в л о в н а. Ну и бог с ней.

К а р а у л о в. Ты слушай. Дальше будет интересно. И в этой Спарте находилась высокая скала. И с нее молодежь сбрасывали.

О л ь г а  П а в л о в н а. Хулиганов, что ли?

К а р а у л о в. Да нет. Поголовно всех подростков.

О л ь г а  П а в л о в н а. Тоже строгости были.

К а р а у л о в. И делали это для того, чтобы они умели переносить всякие неприятности. Скинут парнишку раза два-три — он из-под скалы человеком и выйдет. Понимаешь; приучали к потрясениям. Зато они потом все сносили. Скажи такому спартанцу: «У вашей дочери Мани будет… одна неприятность», — он и не поморщится: «Хоть две».

О л ь г а  П а в л о в н а. Ну?

К а р а у л о в. И ты должна этим спартанцам подражать.

О л ь г а  П а в л о в н а. Что же мне, с горы прыгать? Глупеешь ты летом. Ближе к делу, говори.

К а р а у л о в. Ох! Перехожу ближе: возьмем Францию. Казалось бы, цветущая страна. А у них неувязка… детей мало.

О л ь г а  П а в л о в н а. И хорошо: озорства меньше.

К а р а у л о в. Да ведь нация погибает! Ведь несчастные француженки этому… верховному существу молебны служат, чтобы он им детей послал. А мы не ценим.

О л ь г а  П а в л о в н а. Чего не ценим?

К а р а у л о в. Детей, детей. Я хотя и не француз, но хочу, чтобы у нас был ребеночек.

О л ь г а  П а в л о в н а. У нас? Глупеешь ты летом.

К а р а у л о в. Да нет, вот если бы Маня внучонка подарила.

О л ь г а  П а в л о в н а. Когда она еще замуж выйдет. Этого долго ждать.

К а р а у л о в. Недолго, ей-богу, недолго. Ты сядь.

О л ь г а  П а в л о в н а. Сватаются? Кто?

К а р а у л о в. Не то что бы сватались, а вроде. Ты сядь. Приготовься к большой… радости. (Снимает с головы полотенце.) Она сама сказала. Одним словом… у Мани будет ребенок.

У Ольги Павловны подкашиваются ноги, она садится на лавочку.

Я говорил: сядь. (Прикладывает ей к голове полотенце.)

О л ь г а  П а в л о в н а. У Мани? Какой ребенок?

К а р а у л о в. Ну, маленький.

О л ь г а  П а в л о в н а. От кого ребенок?

К а р а у л о в. Подробности не знаю.

Ольга Павловна поникает.

Ничего-ничего, дыши воздухом. Вспоминай спартанцев.

О л ь г а  П а в л о в н а. Маня! Где она? Ноги не идут. Маня!

Из дома выходит  М а н я. Обе женщины бегут друг к другу и обнимаются. Ольга Павловна плачет.

Манюша, родная моя!

М а н я. Мама… Ты слыхала? Это же вздор, курьез… Ну, разве можно так волноваться из-за пустяков?

О л ь г а  П а в л о в н а (отстраняясь). Из-за пустяков? Это пустяки?! У матери ноги отнялись, а она… она разговаривает, улыбается. Порядочная девушка горем была бы убита, топиться побежала бы, чтоб только родителей не огорчить. Ведь беда, беда у тебя!

М а н я. Никакой беды нет и не было.

О л ь г а  П а в л о в н а. Молчи! Не смей говорить циничностей!

М а н я. Ах, так? Ничего от меня не услышите. (Идет к даче.)

О л ь г а  П а в л о в н а (Караулову). И ты терпишь?

К а р а у л о в (идет за дочерью, кричит). Машка, не дерзи!

М а н я (оборачиваясь). Что-о-о?

К а р а у л о в (отходя к Ольге Павловне). Боюсь я ее…

М а н я  ушла. Караулов и Ольга Павловна садятся рядом.

О л ь г а  П а в л о в н а. Что творится! Бога нет, стыда нет. У Мани ребенок… И все большевики сделали.

К а р а у л о в. Ну, может быть, и беспартийный.

О л ь г а  П а в л о в н а. Но кто? Кто? Хорошо, если этот негодяй порядочный человек, а то — беда! Маня… Дочь… Разве мы ее этому учили? И вдруг! Непонятное явление.

К а р а у л о в. Со временем наука все объяснит.

О л ь г а  П а в л о в н а. Со временем! А сейчас что делать?

Оба всхлипывают. Входит  П р и б ы л е в. Старики стараются принять спокойный вид.

П р и б ы л е в. Здравствуйте! Вы чем-то расстроены?