Зеф вернулся в Москву и доложил обстановку шефу. Шеф позвонил куда-то и уточнил, а потом кивнул головой. И через день четверо членов корпорации выехали из страны. Остались только Лочихин – главный бухгалтер корпорации – и Зеф. Билет у Лочихина был в кармане и им вдвоём предстояло перевести счета на запад – это было сделать очень трудно. Но вполне по силам. Зеф уезжать не собирался – он надеялся что его тщательно заготовленный материал поможет ему выйти из-под огня. И тогда можно остаться здесь и построить какую-нибудь новую корпорацию – с учётом прошлых ошибок. И тогда поблизости в Пушкино будут родители, а в Ярославле – золотоволосое создание, которое Зеф не мог и не хотел забыть.

Но всё оказалось просто и неожиданно – в дело вдруг вмешалась третья сторона – государственная. Кто-то навёл органы госбезопасности на корпорацию, собрав улики о делах некоторых её членов по организации бизнеса с коноплёй. И хоть эта деятельность не имела никакого отношения к корпорации, дело было подано как дело о вскрытии крупного наркосиндиката, использовавшего кроме всего прочего крупные государственные финансы. Зеф с Лочихиным были арестованы прямо в офисе. Деньги корпорации они правда успели перевести. Дело пахло высшей мерой, но Зеф сумел доказать, что государственные деньги хоть и использовались, но уже давно были возвращены обратно, причём с процентом, превышающим банковскую ставку – то есть даже с выгодой для государства. Зеф был счастлив что когда-то убедил шефа сделать это – будто чувствовал такой исход. Был месяц следствия, затем той же третьей силе понадобилась галочка в ведомости и дело закрыли. Те трое из корпорации, кто занимался наркобизнесом, были уже на Западе, а против Зефа и Лочихина улик, указывающих на их участие в наркобизнесе, естественно не было. Им дали по пятнадцать лет с конфискацией за «экономические преступления»…

* * *

Конец лета 1990 года.

Наверно было на то особое распоряжение, но отбывать срок Зефа отправили далеко на Восток – ИТК располагалась в Богом забытом месте, где-то далеко-далеко между Байкалом и Хабаровском. Место было глухое и дикое, кругом на много километров простиралась тайга. Пока ехали в вагон-зэке, опытные урки уже успели рассказать Зефу про это место. По их словам, место было гнилое, хотя конечно бывали места и похуже. Таёжные болотистые леса были буквально забита лагерями – они шли вдоль реки Гилюй и вдоль реки с характерным названием Уркан. Обитатели этих зон занимались в основном лесоповалом и лесосплавом. Впрочем была в этом районе одна зона, которая считалась райским местом. В ней заключённые работали в мастерских. Там и кормили лучше, и работа была полегче, да и вообще условия, по рассказам, были хорошие. Зеф стал расспрашивать по какому принципу заключённых разбирали по зонам, но выяснилось что принципов тут никаких нет – всё уже решено и записано в каких-то неведомых списках.

Зефу повезло – он попал именно в «райскую зону» близ Тыгды, в исправительные мастерские. Зона была большая и довольно хорошо обустроенная. Вообще Зеф всегда представлял себе зону просто сущим адом, где заключённый трудится с утра и до вечера, питается объедками, а рядом с ним стоит вохровец с собакой, и так и ищет удобного момента чтобы ударить или выстрелить, а на ночь зеки строем идут в барак с дырявой крышей, стоящий в чистом поле и спят на неструганных нарах без матрасов до утренней побудки.

На деле всё оказалось иначе, и Зеф с удивлением увидел, что и в зоне жизнь всё-таки продолжается. Оказалось, что зона – это просто маленький мирок, крохотная модель большой жизни. Здесь было всё – были свои таланты и свои бездари, свои карьеристы и свои неудачники, свои честные обыватели и свои бандюги, свои трудовые коллективы и свои мафиозные кланы, свои богачи и свои нищие, свои контрабандисты и свои наркодиллеры, свои трудовые будни и свои развлечения. В зоне шла жизнь, пожалуй ещё более насыщенная и энергичная чем на воле. Кормили мерзко, но не объедками, крыша над головой была, и бараки были добротно сделанны, кирпичные. Жили более-менее по распорядку, но случалась и вольница. Дисциплина кое-как соблюдалась, но никто не стоял с автоматом за спиной, и Зеф, глядя вокруг, удивлялся до чего же бесцеремонно кипит преступная жизнь – где-то варили наркотики, где-то точили пистолеты, где-то бросали на карточный стол пачки долларов… Вот только женщин очень нехватало, впрочем местные богачи каким-то образом позволяли себе заказывать с воли проституток.