Читаем Команда Д полностью

– Подождите вы, дайте я в ванную пройду сначала. – Яна сняла плащ и окрущающие ахнули.

Вся кофта под плащом была в запёкшейся крови.

– Тебя ранили? – прошептал Вуглускр.

– Не, потом расскажу. – Яна помотала головой.

– Ты кого-то шлёпнула? – прошептал Кельвин.

– Не, всё потом расскажу. Это вообще собачья кровь.

Яна пошла в ванную и разгребла там завалы какого-то мусора, какие-то вёдра, подрамники. Хорошо хоть вода была, причём и горячая тоже – в доме у Мыши это было не часто. Целых два часа Яна отмывалась с ног до головы, стирала одежду. В дверь ненавязчиво постучали и Ёжик просунул какую-то кучу шмоток, очевидно принадлежащих Мыши. Вскоре Яна вышла из ванной в залатанных джинсовых клешах огромных размеров и кофте, сшитой из какой-то мешковины и увешенной бисером и колокольчиками.

– Вот хоть стала на человека похожа! – одобрил Космос.

Яна прошла на кухню – сегодня там собралось человек пятнадцать, причём нескольких Яна видела впервые. Яна посмотрела на Мышь – та уже почти пришла в себя, но вид у неё был ещё немного странный. Яна оглянулась на Кельвина.

– При всех можно рассказывать?

– Давай, рассказывай! – махнул рукой Кельвин, – Это все свои.

И Яна начала рассказывать. Рассказывала она долго и обстоятельно, её не перебивали и слушали затаив дыхание.

– Ну вот и всё. Что я могу добавить из того, что поняла? Я так поняла, что кому-то позарез нужно найти и сдать милиции московские конопляные базы чтобы подставить горком. Скорее всего ваш горком. Иначе я не понимаю для чего вообще вся эта петрушка? Кто-то ищет и выслеживает базы, и заказ этот был липовый – только чтобы узнать откуда идёт конопля. Ещё они сказали, что две базы им известны и они их попытаются взять в ближайшие дни – может быть как раз сейчас они штурмуют какую-нибудь базу. Вы можете предупредить там… своих?

– Своих кого? – Мышь уже окончательно пришла в себя. – Мы не знаем где находятся остальные базы, это нам даже знать не положено. Так что предупредить всё равно никого не сможем, разве что… разве что райком? Ну они ребята крутые, справятся и без нас. А их предупреждать – только светиться лишний раз, себе же хуже. Хотя свиснуть мы должны… – Мышь повернулась и кивнула Вуглускру – тот взял из миски на окне пару двушек и вышел из дома.

– Вот, а ещё мне завтра надо ехать обратно…

– Как, уже? – удивилась Мышь.

– Уже.

– А когда тебя снова ждать?

– В июле, когда начнутся экзамены в Щукинском.

– Дамка, мы будем скучать без тебя…

– А я без вас!

Мышь задумалась.

– Надо отметить отъезд. Послушаем радио!

– Правильно! – оживился Космос. – Давно пора послушать радио!

– Радио! – поддержал Кельвин.

– Радио! – хором взвизгнули девчушки в углу.

Яна удивилась всеобщему оживлению – что можно услышать по радио в час ночи? Мышь тем временем медленно и торжественно поднялась с табуретки и, провожаемая взглядами, подошла к окну, перед которым стояла небольшая тумбочка. На тумбочке стояло что-то завешанное серым холстом, и только теперь Яна догадалась, что это и есть радио. Мышь королевским жестом сдёрнула холст – под ним оказался старинный радиоприёмник в резном деревянном корпусе.

– А не послушать ли нам радио? – громко осведомилась Мышь и ловко откинула боковую деревянную крышку.

Затем она засунула руку вглубь радиоприёмника и извлекла оттуда курительную трубку, но не обычную, а длинную-длинную, с небольшой медной чашечкой. Вслед за трубкой из недр радиоприёмника появился маленький серый мешочек и коробок со спичками. В торжественной тишине Мышь расстелила на столе газету и стала насыпать в трубку мелкую зелёную крошку из мешка.

– Что это? – спросила Яна.

– Каннабис сатива. – ответил Кельвин, – конопля обыкновенная, пищевая, курительная. Она же анаша, марихуана, дурь, хэш, зелень, мэри джейн, план, укроп…

– Не грузи герлушку ерундой. – проворчала Мышь.

Оно деловито забила трубку, остатки зелёной крошки ссыпала в мешочек, запихала обратно в радиоприёмник и оглядела кухню.

– На кухне раскурити – обломанным быти. Нехорошая примета. – произнесла Мышь веско. – Идём в парадную комнату!

Все быстро поднялись и переместились в большую комнату, ту, в которой Яна проснулась неделю назад – сейчас казалось что с тех пор прошла уже вечность. Компания расселась в кружок, погасили свет и откуда-то посередине появилась свечка, которая отбрасывала колышащиеся тени по стенам. В наступившей тишине Мышь оглушительно чиркнула спичкой и поднесла её к трубке. Вскоре повалил едкий дымок. Мышь затянулась, затем плавным движением подняла трубку вверх, прикоснувшись мундштуком ко лбу, и передала её дальше по кругу. Каждый затягивался, прикасался трубкой ко лбу и передавал дальше. Все молчали, подолгу задерживая дым. Наконец трубка дошла и до Яны. Яна вдохнула и горький дым полез в горло. Она чуть не закашлялась, но удержала дым в лёгких и затаила дыхание. Затем она вспомнила, что надо прикоснуться мундштуком ко лбу, прикоснулась и отдала трубку соседке. Шумно выдохнула Мышь. Трубка сделала три круга и погасла.

– А зачем мудштуком в лоб тыкать? – спросила Яна и почувствовала как странно и смешно вылетают слова.