— Мерлина ради, Джерри, ты же учился в школе! Огнекрабы — не люди, им плевать на Фиделиус. Они идут на запах темной магии, которой тут из-за обряда пруд пруди. Люциус…

— Что «Люциус»?! — Аристократически неподвижные черты блондина на мгновение исказило бешенство. — Десять тысяч галеонов и полгода подготовки пошли на удобрения! Что теперь прикажешь, дожидаться следующей Вальпургиевой ночи? Это твое поместье, Нотт! В трех шагах ферма огнекрабов, а ты не соизволил позаботиться о защите!

— Да от таких выплесков никакая защита не спасет! Тебе не хуже меня известно, что Темный Лорд замкнул Фиделиус на себя еще месяц назад. С тех пор у меня нет доступа в собственный дом. Что я мог сделать? — И после паузы добавил с убитым видом. — Самое поганое, что я даже иск предъявить не могу. Только заикнись — и авроры тут все перекопают…

Снова долгое молчание. Наконец Джерри неуверенно поежился:

— Кто-то должен сообщить об этом хозяину.

— Он наверняка уже знает, — задумчиво отозвался Люциус, — в любом случае, торчать здесь дальше не имеет смысла. Идем.

— Идите, — уныло отозвался Нотт, — мне тут еще прибраться надо…

Его собеседники усмехнулись — один презрительно, другой злорадно — и с негромким хлопком исчезли. Оставшись один, Нотт достал тонкую деревянную палочку и принялся размахивать ей, бормоча непонятные слова. Покончив со своим странным занятием, он внимательно огляделся, подошел к ограде и легко перемахнул через нее, элегантно взмахнув полами плаща. Очутившись в леннеровском саду, мужчина быстрым шагом добрался до дровяного сарая, отстучал по двери замысловатый ритм и вошел внутрь.

Две девушки синхронно взглянули на него и снова склонились над неподвижным детским телом.

— Ну как? — кареглазая шатенка заправила за ухо непослушный локон и прижала к губам бессознательного мальчика горлышко узкого флакона.

— Все в порядке, — тот, кого называли Ноттом, устало присел на разбитый табурет, — Волдеморт оплакивает провал Обряда, Люциус — мешок с галеонами, Нотт — родовой особняк, а миссис Лоззет — потерю питомцев. Питомцы тем временем радуются обретенной свободе на Фиджи. Думаю, даже не влетит никому. Так, парочка круциатусов от избытка чувств. Риддл хоть и параноик, но не дурак. Должен понимать, что сам себя перехитрил, закрыв доступ к поместью всем, кроме собственной красноглазой персоны. А как у вас? Помощь требуется?

— Нет. Жить будет. — Ярко-рыжая очаровашка убрала ладонь со лба мальчика и улыбнулась. — Физически он здоров. Очевидно, подготовка к обряду предполагала только моральные истязания. Ребенок таких страхов насмотрелся… Сейчас он уже в порядке. Осталось отправить домой.

— Я этим займусь. Что за воспоминания ты ему наваяла?

— Три месяца бродяжничества в компании беспризорников. У мальчика была нехорошая привычка убегать из дому. Ох, и влетит ему от предков.

— Сначала зацелуют до полусмерти, — первая девушка быстро складывала флаконы в сумку, — Джин, ты на базу? Закинь туда аптечку, будь добра. Мне еще эссе по трансфигурации дописывать.

— Гермиона, ты неисправима. Сейчас пять утра, а трансфигурация у нас только в четверг. — «Нотт» осторожно взял мальчика на руки. — Встретимся на завтраке, девочки.

— Ага. — Джин чмокнула его в щеку. — До встречи, Гарри.

Глава 1

Профессор Снейп неторопливо шествовал среди гриффиндорских столов, разглядывая булькающие варева и отпуская язвительные замечания по поводу интеллектуальных способностей изготовителей. Затормозив у одной из парт, он даже не сразу понял, в чем дело, поскольку такого явления на своих уроках за семнадцать лет преподавания ему наблюдать еще не приходилось. Котел был пуст.

Снейп перевел взгляд с блестящей металлической поверхности на Поттера. Выражение физиономии гриффиндорца было столь же отсутствующим, как и содержимое его котла.

— Мистер Поттер, — вкрадчиво, на грани шепота,— вы нездоровы? Или непомерные умственные нагрузки окончательно стесали вашу единственную извилину?

Ноль реакции. Сидящий рядом Уизли смотрел на друга весьма обеспокоенно, но — вот странность! — даже не пытался его растормошить.

— Поттер, в каких звездных далях вас носит? Мистер Уизли, не соизволите ли привести вашего приятеля в чувство?

Рыжий болван вел себя весьма странно. Вместо уместного тычка локтем он почему-то бросил отчаянный взгляд в сторону Грейнджер, затем осторожно протянул руку и коснулся плеча друга.

— Тс-с-с… — лохматое недоразумение вяло двинуло ладонью и медленно склонило голову к плечу, словно прислушиваясь. Терпение зельевара лопнуло. Он схватил мальчишку за мантию и ощутимо встряхнул.

— Ох...

Снейп недоуменно оглянулся на звук. Грейнджер прижала руку к губам, на ее и сидящего рядом Лонгботтома физиономиях застыло одинаковое выражение ужаса. Понаблюдав сей феномен, профессор повернулся обратно и обнаружил то же выражение на лице Уизли. И палочку, стиснутую его дрожащей рукой. Конец палочки указывал Поттеру в висок. Ирреальность происходящего погасила раздражение. Надвигалось нечто весьма нехорошее, зельевар невольно сделал шаг назад.