Читаем Колонна и горизонты полностью

Цветущие сливовые сады в поселках под Мрконичем, серебристые, особенно после дождя, россыпи камней, живописные рощи — все это великолепно украшало местный ландшафт. После марша мы разместились в покинутых горных лачугах с каменными стенами. Внизу, в поселке Пецка, взору открывалась довольно пестрая картина: на фоне зелени и цветов белели длинные ряды выстиранного белья нашего дивизионного лазарета. Меня сильно влекло именно туда. Хотелось увидеть своих товарищей из молодежного актива, где секретарем после моего ухода был назначен Радомир Брайович.

Однажды вечером разведчики привели здоровенного парня в потертой темно-зеленой форме домобрана. Парень клялся, что пришел сюда, чтобы сдаться нам в плен. Несколько позже, изучив его намерения, мы выяснили, что это переодетый усташ, получивший задачу разведать боевые порядки наших войск, в особенности тех, чьи бойцы на пятиконечной звезде имели вышитые серп и молот. Усташ утверждал, что начавшиеся действия специальных групп противника предшествуют очень крупной операции вражеских войск. О готовящемся десанте он ничего не сообщил. Гитлеровцы осуществляли подготовку десанта в строгой тайне, и, вполне вероятно, усташ попросту о нем не знал.

В эти дни штаб дивизии организовал ветеринарные курсы для группы из пятидесяти человек, прибывших из всех наших трех бригад. В качестве помещений для курсов использовались лачуги, стоявшие на плоскогорье выше нашего лагеря. С раннего утра на просторном дворе отдавались звонким эхом удары молота по наковальне, слышалось пыхтение мехов, весело потрескивал в горне древесный уголь. Молодые бойцы учились правильно ухаживать за нашими верными спутниками — лошадьми. Учили всему, начиная от лечения лошадей и их кормления и кончая самостоятельным изготовлением подков.

Утром 25 мая мы вышли из лачуг навстречу первым солнечным лучам и увидели на горизонте необычное множество вражеских самолетов. Они пролетели над нами и скрылись за холмами. Вскоре издали донесся глухой гул, задрожала земля. Через некоторое время появилась новая волна самолетов, которые также пролетели над нашим расположением и скрылись в том же направлении. Мы ожидали услышать такой же гул, как после первой волны, но на этот раз его не последовало. Вечером все узнали о сильной бомбежке наших войск, о немецком десанте в районе Дрвара и о тяжелых боях возле пещеры и расположения офицерской школы при Верховном штабе. В эти дни Крсто Баич находился в Дрваре, в политическом училище.

Одновременно в конце мая немцы организовали наступление силами мощного моторизованного соединения — зловещей дивизии «Принц Евгений», которая в качестве проводников использовала группы четников из Мрконича. Наступление осуществлялось на участке Млиништа — Црни-Потоци. Наши разведчики возбужденно докладывали о десятках вражеских танков, грузовиках, полных солдат, мотоциклистах и легковых автомобилях со штабными офицерами.

Начались ожесточенные круглосуточные бои. Враг стремился любой ценой пробиться к Дрвару, чтобы поддержать свой десант. С раннего утра до позднего, вечера немцы волнами подползали к нашим позициям и поднимались в атаку, расплачиваясь большой кровью за каждый захваченный метр шоссе и железнодорожного полотна, тянувшегося к Млиниште.

Весть о том, что товарищу Тито угрожает опасность, обязывала нас любой ценой устоять перед натиском врага и обеспечить Верховному штабу и основным нашим силам отход из Дрвара. Путь к населенному пункту Црни-Потоци за три дня боев превратился для немцев и для нас в дорогу смерти. Атаки следовали одна за другой, изматывая и нас, и врагов. Кралевцы нередко вступали в рукопашный бой с противником. Убитых хоронили прямо на позициях.

Последние часы этого сражения были для бригады, пожалуй, самыми трудными. В боях отличился бесстрашный пулеметчик Андрес Келлер, немец по национальности, перешедший на нашу сторону, как и Харри Шихтер, о котором нам в госпитале рассказывал Йован Попович. В одной из атак Андрес был ранен, но поля боя не покинул. Он швырял в гитлеровцев гранаты и во весь голос кричал, что это «привет» от немцев, которые сражаются под красным знаменем и пятиконечными звездами с вышитыми на них золотыми нитками серпом и молотом.

В 16 часов командир 2-й роты белградского батальона доложил в штаб бригады — только доложил, не требуя подкрепления, — что у него осталось всего пять бойцов.

В последние минуты боя на боевых позициях из рук в руки начала передаваться записка со словами: «За нами Верховный штаб и товарищ Тито! Оборона должна оставаться неприступной!» В этот крайне напряженный момент воины белградского батальона с радостью услышали, что к ним прибыло подкрепление — 13-я хорватская пролетарская бригада под командованием прославленного Жежеля. Сразу же после прибытия товарищ Жежель занялся развертыванием своих батальонов и подготовкой их к отражению очередной атаки немцев. Он сообщил также, что Верховный штаб во главе с товарищем Тихо и госпитали находятся вне опасности.