Читаем Колониальная эра полностью

Но этого было мало ученому сыну самого выдающегося священника Бостона. Он решил взять старшую из околдованных детей в свой дом, чтобы получше наблюдать за девочкой, молиться с ней и побороться с дьяволом. Итогом его исследований явилась книга «Достопамятное прови́дение касательно ведовства и одержимости», опубликованная в 1689 году. Книге было предпослано предисловие, подписанное четырьмя другими бостонскими священниками. Основная их мысль сводилась к тому, что данная книга полностью рассеивает всякие сомнения насчет реальности колдовства.

Что касается лично Мезера, то вот к какому заключению привел его обзор доказательств, собранных им в своем трактате: «Ведовство — это союз с адом против неба и земли, и потому ведьма не может быть терпима ни тут, ни там… Нет ничего слишком гнусного, что можно сказать, и нет ничего слишком жестокого, что можно сделать, когда речь идет о таком ужасающем зле, как ведовство!»

В связи с возбуждением, сопровождавшим свержение Андроса и дарование новой хартии в 1691 году, в охоте за ведьмами наступил перерыв до начала 1692 года. Потом признаки околдованности обнаружили три девочки, жившие в семье преподобного м‑ра Парриса из деревни Сейлем (нынешний Данверс). Сейлемская охота началась, и в течение одного лишь года в этой и других деревнях округа Эссекс были казнены 20 «ведьм и колдунов», 50 других «сознались», 150 были заключены в тюрьму и еще двумстам было предъявлено обвинение.

Возникли следственные комитеты; появились доносчики; прозревшие строчили подробнейшие описания тайных сборищ ведьм, — и все это с необычайной ясностью показывало мстительность господа, реальность дьявола и явную необходимость руководства церковной олигархии.

И все же охота окончилась крахом. Она окончилась крахом, потому что олигархия находилась на ущербе; потому что экономика все более коммерциализировалась, а общество становилось все разнороднее; потому что преследования в вопросах совести наталкивались на все более массовую оппозицию, а внешний мир все шире практиковал ту или иную форму терпимости.

Однако путь к прекращению этой охоты лежал через сопротивление. Мужество и благородство многочисленных мучеников и заключенных произвели впечатление на многих; в то же время многие были возмущены омерзительной личиной и ролью доносчиков. Шаткость доказательств, их противоречивость, их зависимость от людей, признанных сообщниками дьявола, — все это навлекало сомнение на всю затею, а находились и такие, кто открыто выражал свои сомнения не только в виновности отдельных заключенных, но и в самом существовании ведьм.

Особенно громко высказывали эти сомнения враги церковной олигархии из числа купцов — в первую очередь Томас Брэттл и Роберт Клеф. Против кровопролития начали выступать во всеуслышание и священники, жившие вне областей, где царили Мезеры, — такие, как, например, демократически настроенный преподобный Джон Уайз, который угодил в тюрьму в 1688 году за то, что он возглавил борьбу против тирании Андроса. Правда, эти священники не оспаривали реальности сообщников дьявола, но они высказывали мысль, что такие сообщники вполне могли действовать против своей воли и желания и являться невинными жертвами его коварства, отчего их не следует подвергать карам.