— Там, в этой книге, все написано. Я записал все, что мне известно про кинжал и про ритуал сотворения врикиля. Человек, которого ты выберешь, должен будет принять Пустоту. В этом — ключ. Пустота должна посчитать твоего избранника достойным. Нельзя просто подкрасться к кому-нибудь сзади, полоснуть кинжалом по горлу и ждать, что убитый тут же превратится во врикиля, — раздражительно бросил старик и вполголоса добавил: — Я знаю. Сам пробовал. Так не получится. Кинжал выпал из моей руки раньше, чем я успел нанести удар. Кинжал сам выбирает. Точнее, Пустота выбирает сама.

— Понимаю, — с сумрачной торжественностью произнес Гарет.

Он поднес кинжал к свету, рассмотрел работу неведомого мастера и подивился ее совершенству. Гарет не удивился бы, если бы дракон вдруг ожил в его руках.

Старик глубоко вздохнул, словно он избавился от тяжкого бремени. Он откинулся на подушку, и на лице его появилось выражение покоя и удовлетворенности.

— Отныне он твой, Гарет, — произнес старик.

— Да, учитель.

Старик закрыл глаза. Теперь его голос превратился в едва различимый шепот.

— Теперь он твой. Как и требовалось, я передал кинжал. Когда наступит твой час покинуть эту жизнь, ты сделаешь то же самое.

— Да, — снова сказал Гарет.

Он продолжал вертеть кинжал в руках.

— Ты знаешь, что тебе надо сделать, когда я уйду.

— Да, — в третий раз повторил Гарет.

— Тебе не придется долго ждать. Я устал. Очень устал.

Больше старик не произнес ни слова. Гарет слышал лишь его хриплое, прерывистое дыхание и завывание бури за окном.

Гарет поднялся на ноги. От долгого неподвижного сидения у него затекло все тело. Он положил кинжал на стол, взял книгу и придвинул табурет к огню. Затем раскрыл книгу и начал читать.

Спустя какое-то время он оторвался от книги и взглянул на мерную свечу, деления которой отмечали часы. Гарет удивился: прошло уже два часа. Судя по звукам, доносившимся снаружи, буря слабела. По окнам уже не хлестала снежная крупа, и ветер больше не рвался в дверь. Гарету показалось, что старик не дышит

Он подошел к лежащему и тронул его руку. Холодная рука повисла, как плеть. Старик был мертв.

Накрывая мертвеца одеялом, Гарет подумал, что сейчас он должен был бы скорбеть. Ведь он тайно приходил к этому человеку без малого пять лет подряд. Однако он не испытывал горестных чувств. Он никогда по-настоящему не любил старика и потому сейчас не чувствовал ничего, кроме облегчения. Теперь у него есть кинжал. Есть книга, объясняющая, что с ним делать. Он получил силу творить антиподов Владык — существ, наделенных необычайными магическими возможностями, и эти существа будут рабски служить обладателю кинжала.

Гарет поднес кинжал к огню очага и долго зачарованно наблюдал, как языки пламени отражаются в сверкающей поверхности лезвия. Он позволил себе на краткий миг представить, что у него есть выбор. Он может избавиться от кинжала. И тогда король Тамарос, когда придет его час, скончается столь же мирно, как этот злой старик. Новым королем станет Хельмос; он будет хорошим, почитаемым и любимым королем. Все расы будут и дальше двигаться по пути нелегкого мира. Гарет ясно видел эту картину, и по его щекам катились слезы тоски по несбыточной мечте, слезы сожаления.

Потом он вытер слезы рукавом сутаны.

Выбора не было. Уже не было. Свой выбор он сделал давным-давно.

Гарет взял книгу и положил в свою сумку. Он оторвал кусок от простыни старика, обернул кинжал в ткань и запихнул его в сумку вместе с книгой. Гарет в последний раз оглядел лачугу старика и не нашел в ней ни одной годной для себя вещи. Тогда он откупорил банку с ламповым маслом, которое специально купил несколько дней назад. Гарет обильно полил маслом одеяла, простыни и матрас. Особым жестом руки он заставил пламя выпрыгнуть из очага и перекинуться на постель. Огонь жадно набросился на промасленные тряпки. Постель мгновенно превратилась в громадный полыхающий факел.

Гарет поспешил уйти, прежде чем его ноздри ощутят запах горящего тела. Послушник быстро зашагал по переулку, прячась в тени, хотя опасаться ему было некого. Никто, будучи в здравом в уме, не решился бы выйти из дома глухой ночью, да еще в непогоду. Дойдя до конца переулка, Гарет обернулся. Сквозь крышу лачуги старика уже пробивались языки пламени.

Гарет свернул на Южную дорогу. Навстречу ему не попалось ни души. Буря умчалась прочь, но с далекого бурлящего моря по-прежнему дул сильный и холодный ветер. Этот ветер быстро докончит дело. К тому времени, когда в соседних домах заметят огонь, лачуга сгорит дотла, а от старика останутся только кости.

Да приберет Пустота его душу.

Глава 6

Кинжал Врикиля

— Ваше высочество, — вполголоса произнес Сильвит, наклонившись к самому уху принца, чтобы не слышали придворные. — Гарет просит вас встретиться с ним в обеденный час в прежней комнате для игр. Он должен сообщить вам нечто чрезвычайно важное.

— В самом деле? — удивился Дагнарус, потягивая шоколад.

— Сегодня вы находитесь в особенно приподнятом настроении, ваше высочество, — сказал один из заискивающих придворных.