Читаем Коллекционеры полностью

Она положила карту обратно на стол.

— Хорошо еще, что эти лохи не подозревают обо всех «случаях» вашей игры. Может, мне следует пойти и просветить кое-кого из них — тех, что поздоровее, и им, возможно, захочется вернуться и свернуть тебе шею.

Он посмотрел на даму пик.

— Ладно, ты выиграла. Давай говори, сколько с меня причитается. — И он вытащил из заднего кармана брюк пачку купюр.

В ответ она достала свое удостоверение, сняла с пояса жетон и бросила все это на стол. Он всмотрелся в них повнимательнее.

— Давай, давай, — подбодрила она. — У меня нет от тебя секретов.

Он поднял брошенные вещи. «Удостоверение» отнюдь не удостоверяло ее принадлежность к правоохранительным органам. Под пластиковой обложкой была членская карточка клуба «Костко». Жетон был жестяным и оказался значком с рекламой немецкого пива.

Его глаза расширились, когда она сняла с себя темные очки, — он сразу узнал ее.

— Аннабель?!

— Лео, какого черта ты тут делаешь? — спросила Аннабель Конрой. — Крутишь «три листика» в этом сраном подобии города, да еще с компанией тупых неудачников?

Лео Рихтер пожал плечами и широко улыбнулся:

— Времена нынче тяжелые. А ребята вполне приличные; немного, конечно, зеленые, но быстро учатся. А «три листика» никогда нас не подводили, ведь так? — Он помахал пачкой денег, прежде чем сунуть их обратно в задний карман. Потом недовольно нахмурился: — Это рискованная затея — выдавать себя за копа.

— Я вовсе и не заявляла, что я коп. Это они сами доперли. Вот поэтому-то мы и остаемся на плаву, Лео. Если у тебя хватает нахальства, люди сами додумывают все, что нам нужно. Кстати, с чего это ты решился дать взятку копу?

— Потому что знаю по собственному скромному опыту, что это достаточно часто помогает, — ответил Лео, выуживая сигарету из пачки, которую достал из нагрудного кармана рубашки, и предлагая ей тоже закурить.

Она отказалась и деловито осведомилась:

— И сколько ты сшибаешь с этого представления?

Лео глянул на нее подозрительно, прикуривая «Винстон», затем затянулся и выпустил дым через ноздри двумя струйками, немного напоминавшими ядовитые выбросы из заводских труб, поднимающиеся у них над головами.

— Это все еще надо поделить. У меня ведь сотрудники имеются, следует и о них заботиться.

— Сотрудники! Скажи еще, что ты им и пособие по безработице выплачиваешь! — И прежде чем он успел ответить, добавила: — Я теперь такой мелочевкой не занимаюсь, Лео. Так сколько? У меня есть причина этим интересоваться, хорошая причина. — Она скрестила руки на груди и прислонилась спиной к стене, ожидая ответа.

Он пожал плечами.

— Обычно мы обрабатываем по пять городишек за один заезд, работаем по шесть часов в день. В приличном месте имеем чистыми три-четыре штуки. Тут полно всяких членов профсоюза — они прилично зарабатывают, и у них вечно чешутся руки от желания спустить свои денежки. Но отсюда мы скоро сматываемся. Тут у них готовятся большие увольнения, а нам вовсе не нужно, чтобы слишком многие нас помнили в лицо. Да что мне тебе все это объяснять, сама ведь знаешь. Мне остается шестьдесят процентов от чистого дохода, но расходы нынче тоже немалые. У меня отложено около тридцати «кусков». До зимы надо удвоить эту сумму. Это поможет продержаться некоторое время.

— Только некоторое, насколько я тебя знаю. — Аннабель Конрой взяла со стола свой пивной значок и карточку «Костко». — А тебя не интересуют настоящие деньги?

— В последний раз, когда ты задала мне такой вопрос, в меня стреляли.

— В нас стреляли. Потому что ты оказался слишком жадным. Теперь уже они не улыбались.

— И что ты предлагаешь? — спросил Лео.

— Расскажу, когда провернем пару мелких дел. Надо немного потренироваться, перед тем как браться за крупное.

— Крупное дело! Да кто теперь за такие берется?

Она склонила голову набок и уставилась на него сверху вниз — высокие сапоги на шпильках увеличили ее рост до пяти футов одиннадцати дюймов.

— Я берусь. А по правде сказать, никогда от них и не отказывалась.

Тут он заметил ее длинные рыжие волосы.

— В последний раз, когда я тебя видел, ты, кажется, была брюнеткой, а?

— Я меняю внешность по собственному усмотрению.

По его лицу скользнула улыбка:

— Ты все та же, прежняя Аннабель.

Ее взгляд потяжелел.

— Не та, прежняя. Лучше. Так ты в деле?

— А риск высокий?

— Высокий, но и выигрыш тоже.

Невдалеке вдруг разрывающими уши децибелами заорала автомобильная сигнализация. Ни Лео, ни Аннабель и бровью не повели. Мошенники такого уровня, если теряют контроль над собой в подобных обстоятельствах, находят пристанище либо в пенитенциарных заведениях, либо в могиле.

Лео наконец моргнул.

— О'кей, я в деле. Что теперь?

— Теперь надо подобрать еще парочку людей.

— Набираем сплошных звезд? — Глаза его заблестели.

— Крупное дело стоит того, чтобы набрать самых лучших. — Она взяла со стола даму пик. — За то, что я вытащила даму из твоей «чудесной» колоды, ты оплатишь наш сегодняшний ужин.

— Боюсь, тут поблизости нет приличных ресторанов.

— Не здесь. Мы летим в Лос-Анджелес. Через три часа.

— Через три часа! Я еще и вещи не собирал! И билета у меня нет.