«Кто бы мог подумать, что жизнь, казалось бы, обычного семнадцатилетнего студента может быть насыщенной: погибель родных родителей, выживание на улице, постоянный страх – а теперь наконец-то нормальная жизнь с моими замечательными любимыми приемными родителями, которым я всегда буду благодарен, спасибо вам! Цените своих близких! А еще спасибо моему лучшему другу красному плюшевому дракону :) :D ;) xD :)) :O»

Мигель просто помотал головой и убрал телефон.

– Ты в порядке? – спросил я Мигеля.

– Да, все окей, – тихо ответил он, поглаживая свою игрушку, – конечно, мне не очень нравятся, что теперь все знают эту часть моей жизни. Обычно о таких вещах не говорят в социальных сетях. Но в целом я в порядке.

– Кажется, я кое-что понял, – сказал сзади меня Дэвид. – Колесо запрограммировано: оно заранее знает, какой сектор выпадет каждому из нас.

– Ты хочешь сказать, что нам всем будут выпадать самые «больные» сектора?! – ошарашенно спросила Эмма.

– Вы поняли это только сейчас? – посмеялась Кейт. – Этой «псевдо-Siri» нужно раскрытие наших самых темных внутренних демонов, которых мы прячем больше всего на свете.

– Нет! – запаниковала Эмма и прижалась к стене.

– Я могу лишь дать один совет, – продолжила Кейт, – просто заранее приготовьтесь к тому, о чем вам придется рассказать.

– В чем тогда смысл этого колеса? – спросил я. – Почему Аяма не станет просто задавать нам самые неприятные вопросы?

– Саспенс и надежда каждого из нас, что все обойдется, – широко улыбнулась она. – Мы можем еще так поступить: сейчас оставшиеся люди начнут рассказывать о своих самых темных тайнах – им будет проще вращать колесо. Ну, есть желающие?

В комнате повисла тишина.

– Я так и думала, – довольно скрестила она руки на груди, будто поставив перед собой защитный барьер.

25. Майкл

Неужели мне точно придется рассказать о своем брате? Я не хочу этого! Но Дэвиду и Мигелю тоже явно не хотелось ничего о себе рассказывать. Так странно, я вижу их сейчас абсолютно другими людьми. До сих пор не верится, что наш неугомонный весельчак прошел через такое дерьмо.