Читаем Колдовской апрель полностью

Все вещи Джины были аккуратно развешаны на плечиках в шкафу, а на кровати лежала ее голубая ночная сорочка.

На туалетном столике стоял телефон, производивший впечатление настоящего произведения искусств - впору было принять его за муляж. Здесь же лежали часики Джины, книжка, которую она захватила в дорогу, и бабушкина шкатулка с драгоценностями.

Джина прислушалась и с изумлением обнаружила, что за окном вовсю поливает дождь. Она осторожно дохромала до окна и распахнула его. В комнату ворвался свежий воздух, напоенный запахом грозы. Молнии то и дело освещали темную воду канала и светлый фасад палаццо напротив. Вслед за молниями немедленно раздавались раскаты грома.

Грозы она не боялась, но, видимо, наэлектризованный воздух обострил все ее чувства и ощущения. Странное волнение охватило Джину. Она обняла плечи руками, стремясь сдержать дрожь.

Двери были в этой комнате повсюду, и она с неожиданным страхом поняла, что понятия не имеет, какая из них ведет в коридор, какая - в ванную, какая - в комнату Рикардо. Возбуждение, охватившее ее, нарастало, и Джина против своей воли представляла себя в объятиях Рикардо, словно наяву чувствовала его поцелуи на своих губах... Если она ошибется дверью, у нее не достанет сил вернуться к себе!

А достанет ли сил у самого Рикардо не сделать первый шаг?

Она прерывисто вздохнула, вспомнив все, что он наговорил сегодня. Удивительно, как быстро он составил о ней абсолютно неверное мнение, но оно вполне обоснованно, противоречий в нем нет, и в этом случае очень трудно обвинять Рикардо Хоука в чем-либо. Для него она действительно авантюристка, обманом завладевшая тем, что дорого ему с самого детства; расчетливая хищница, вторгшаяся в его родной дом и без зазрения совести собирающаяся отнять его.

Но Боже, как больно, что он так думает! Как стыдно и мерзко сознавать, что он сжимал ее в своих объятиях, не испытывая к ней ничего, кроме плотского влечения к ее телу и презрения к ее душе.

Еще хуже то, что сама Джина не в силах заставить себя забыть его руки, его губы, его ласки.

Джина тяжко вздохнула и пошла искать ванную. К счастью, та оказалась за первой же дверью, которую она осторожно приоткрыла. Джина почистила зубы, а потом встала под душ и долго стояла под теплой водой, стараясь вообще ни о чем не думать.

Она расчесала свои золотистые волосы, и они волной рассыпались по плечам.

Джина погасила свет и скользнула на свежие простыни. Кровать оказалась мягкой, словно пух, и ее гостеприимные объятия ласково приняли Джину. Это был долгий и трудный день, вот теперь он подошел к концу, и надо отдохнуть, надо сбросить с себя груз дневных забот, не думать вообще ни о чем...

Интересно, что теперь ей следует сделать? Завтра же вернуться домой? Остаться здесь на весь отпуск?

Вернуться - но тогда Рикардо так и останется при своем мнении, и у нее не будет возможности его переубедить, к тому же Пит собирался переехать к Джолли, и неожиданное появление Джины вряд ли можно считать уместным...

Да, завтра еще надо встречаться с синьором Антониони, он будет показывать ей дом, ее новый дом, ха-ха!

Ее Каза Розале... Дом, который так и не успел стать ее домом.

Она шла по темным коридорам Каза Розале, молчаливым и зловещим. Она очень боялась, но шла вперед, хотя и знала, что дом угрожает ей... Но, как всегда бывает во сне, не могла остановиться и все шла, шла...

И за ней кто-то шел. Тихие шаги, неотвратимые и потому особенно страшные...

Кто-то во тьме догонял ее...

Она закричала во сне и бросилась бежать, но ноги приросли к полу...

Она сделала несколько шагов и уперлась в глухую стену...

Воздух со свистом вырвался из легких, ужас затопил Джину, словно зловонная, затхлая вода...

Она шарила вокруг себя руками, изо всех сил пытаясь найти дверь...

Она кричала от страха...

И никак не могла проснуться!

Глава 7

А потом ее схватили чьи-то руки. Джина уже понимала, что это руки Рикардо, но продолжала отчаянно сражаться, пока до нее не долетел его тихий шепот:

- Тихо, тихо, все уже прошло... Это просто ночной кошмар... Тихо...

И она перестала сопротивляться, и прильнула к широкой груди мужчины, который ее презирал, потому что она-то любила его всей душой.

И мужчина, который ее презирал, прижал ее к себе крепко-крепко, уткнулся лицом в ее волосы и продолжал мурлыкать что-то успокаивающее, пока Джина не пришла в себя окончательно.

Кошмар растаял в ночи, и дыхание постепенно стало ровным и спокойным. Рикардо нежно уложил ее в постель, подоткнул одеяло и погасил свет. В этот момент страх вернулся с новой силой, и Джина в отчаянии вцепилась в его руку.

- Пожалуйста! Не оставляй меня одну!

- Я не оставлю тебя.

И Рикардо прикрыл дверь, соединявшую их комнаты, спокойно сбросил с плеч халат и лег в постель рядом с ней. Обнял, положил ее голову себе на плечо...

Джина заснула мгновенно, не успев даже ужаснуться тому, что она наделала.