Читаем Когривед полностью

– Технари отчёт прислали, – пояснила она. – Картинки и голосовое с пояснениями. Придётся слушать.

Оксана нажала на воспроизведение, и из динамика забубнило:

– Расклад такой. Начисто выгорел блок управления. Хорошо, что автоматика отработала и не дала убить остальную начинку. Это не внутренняя неисправность. Разряд пришёл снаружи. На первой фотке, в красном кружке, – гидроакустический передатчик. Он постоянно работает, чтобы мы могли найти аппарат в случае его утери. Соединяется с блоком управления. Именно через передатчик и прилетело. Да так, что все «мозги» спалило. Возможно, дефект изоляции или её недостаточность. Никто ж не думал, что под водой будет током бить. Да, ещё. Посмотрел я ваш видос, где рыба нападает. Вторая картинка – это логи «нырка». Красным подчеркнул запись о скачке напряжения. До секунды совпадает с моментом укуса. Может, рыба электрическая. Типа скат там или кто ещё… Не разбираюсь я в них. Думайте, короче. Вы ж учёные! Файл с отчётом пришлю в течение дня. На связи!

– Подожди, – удивлённо заморгала Оксана. – Ты же говорил, что это…

– Это Нобелевская! – перебил её Олег. – Морской электрический угорь!

Он вскочил со своего места и начал ходить туда-сюда, возбуждённо размахивая руками.

– Сейчас известны только три вида электрических угрей, – Олег поправил очки, – и все они пресноводные, обитающие в бассейне Амазонки. Родственно они ближе к сомам, поэтому, можно сказать, не считается. А тут – настоящий угорь! Понимаешь? Мы открыли новый вид! Сколько же предстоит работы! Изучить повадки, сделать ДНК-тесты, выявить общего предка, исследовать электрический орган…

Оксана помахала руками у него перед лицом, а потом взяла за плечи.

– Успокойся, – сказала она. – Ты упускаешь один важный момент. Мы его ещё не поймали. Пока у нас есть неисправный «нырок», видеозапись, отчёт от технарей и твоя гипотеза.

– И чего же мы ждём? – встрепенулся Олег. – Надо срочно снаряжать экспедицию!

– Я запрошу руководство, – пообещала Оксана. – Но не забывай, что мои «листики» важнее для заказчика, чем вероятное открытие нового вида. Если, конечно, это не принесёт какой-то ощутимой пользы для космоса.

II

Рязанская область, Когривед.

Смартфон завибрировал с новой силой. Лучше ответить, а то будет несколько десятков пропущенных. Анюта вышла из стерильной зоны, сняла перчатки и маску.

– Алло, мам, – в её голосе чувствовалось небольшое раздражение, – я же просила звонить в обед или вечером!

– Я подумала, вдруг ты раньше освободилась, – ответила мать.

– Мамочка, родная! – Анюта закатила глаза. – Здесь всё по расписанию. Обеденный перерыв – с двенадцати до часу. Никому никаких поблажек. Даже директору!

– Как всё строго! – в который раз удивилась мать. – Я быстро. Мы тут с Юлькой в Москву собираемся на выходных. Ты как, сможешь подъехать?

Анюта задумалась. Трудовой кодекс в НИИ чтили и соблюдали, по выходным никто не работал. Только тогда придётся отменить поход в лес, который они запланировали всем отделом. Точнее, поход состоится, но без неё. А этого бы не хотелось. У многих семьи, дети, бытовые хлопоты, когда ещё смогут собраться? Уже пять раз переносили, в этот, вроде, наконец-то могут все.

– Мамуль, – теперь голос стал извиняющимся и заискивающим, – давай не в эти выходные? У меня тут свои планы…

– И когда ты меня с этими «планами» познакомишь? – засмеялась мать. – Красивый?

– Да брось ты! – вспыхнула Анюта. – Мы просто с друзьями в поход идём. Ладно, я побежала! Пока!

Она убрала смартфон в зип-пакет и положила во внутренний карман, после чего шагнула в блок дезинфекции, подождала, пока её обдует взвесью раствора, надела новые маску с перчатками и зашла в лабораторию.

– Опять мама? – поинтересовался Лёха.

Вообще-то он был Алексеем Михайловичем, старшим лаборантом, но просил звать его именно так. Ну, Лёха, и Лёха, раз ему это имя больше нравится.

– Ага. – Анюта подошла к столу и заглянула в микроскоп. – Как там наши грибочки поживают?

– Отлично поживают! – отозвался Лёха. – После того как их CRISPRнули, научив вырабатывать яд и токсины, ни одна зараза не берёт! Я их чем только травить не пытался. Любую плесень наповал разят!

– Слушай… – медленно проговорила Анюта. – Это же может решить проблему с плесенью в космосе…

– А то у нас в отделе все тупые, одна ты – умная! – захохотал Лёха. – Конечно, об этом в первую очередь подумали. Тут мы упираемся в стык технологий. Допустим, мы вырастим из них изоляцию для проводов. Дальше что? Она должна быть живой, иначе не будут выделяться необходимые вещества для уничтожения плесени. Как грибы будут питаться и чем? Про платы и узлы на них я вообще молчу. Нельзя просто взять и покрыть их слоем мицелия. Он же не проводит электричество!

– Угу, пищи для размышления – целая кастрюля, – согласилась Анюта и вернулась к работе, стараясь не смотреть на Лёху.