Читаем Коготь химеры полностью

— У торговца, который имеет на то право и у которого заключен контракт с Юриком, вернее, с Юрием Михайловичем.

— Кто такой Юрий Михайлович?

— О! Он мозг Зоны, компьютерный мозг. Царь и бог Зоны!

— Уф, как у вас все сложно, — выдохнул Док.

— Ничего, у нас и учатся очень быстро. Так, однако мы заболтались. Обед и сон. Ровно в двадцать три ноль-ноль выходим. Где воевал?

— В Чечне, в особой разведывательно-диверсионной группе спецназа ГРУ.

— О! Это хорошо. Значит, опыт есть. Первое и главное условие помнишь?

— Да.

— Тогда дуй за бутылкой и закуской. Только не жлобись, деньги тебе не скоро понадобятся. Возьми по кило шашлыка на каждого — шашлык здесь хороший, из свежатины. Огурцов, помидоров свежих. Редиски обязательно. Хлеба черного две буханки. Что не съедим — с собой возьмем.

Вышли ровно в двадцать три ноль ноль. Шли след в след. Впереди — Хомяк. Крокодайл — замыкающий. Тогда в Зону еще можно было войти и выйти через «коридоры», известные только сталкерам. Пограничники на эти хождения в то время закрывали глаза — сталкеры платили натурой: артефактами, как самыми дешевыми, так и расхожими. Но истинную цену артефактов знали только сами сталкеры. А для погранцов они составляли настоящий источник наживы.

Вот так и устроен человек — тащит в свой Мир что ни попадя. Абсолютно не задумываясь, какой бедой это грозит человечеству.

Коридор коридором, но как Хомяку удавалось уверенно и безошибочно двигаться в кромешной тьме без прибора ночного видения, Док мог только догадываться и изумляться. Через несколько лет он и сам так научился, но тогда шел слепым котенком, ориентируясь только на черное пятно спины Витька, шагавшего перед ним.

Они прошли километра два — Док определил это чисто по ощущениям: опыт все же имел немалый. Наконец Хомяк остановился, и Док едва не налетел сзади на Витька. Где-то далеко позади в небо взвилась осветительная ракета. При ее свете Хомяк быстро огляделся, дал отмашку рукой направо и тотчас двинулся в указанном направлении. Метров через двести он точно вывел группу на крохотное кирпичное строение непонятно какого предназначения. Домишко с покосившейся шиферной крышей грустно пялил пустые глазницы выбитых окон и тихонько поскрипывал сорванной с одной петли дверью. Перед домом ржавели остовы двух бензоколонок.

«Ясно, — догадался Док (нетрудно было догадаться), — заправочная станция».

Хомяк ничтоже сумняшеся дернул дверь и шагнул в дом. За ним прошел Витек, Док и, последним, Крокодайл. Все трое зажгли фонари. У Дока фонаря не было. Внутри заправки царила все та же мерзость запустения и разрухи. Прогнившие доски на полу, сплошь облупившаяся штукатурка, грязные разводы и трещины по всему потолку. И на всем — на подоконнике, на столике в углу, на опрокинутом табурете — толстенный слой бурой пыли. Странно, но на полу пыль отсутствовала, словно его подмели. Как потом оказалось, так оно и было: Хомяк с Крокодайлом подмели, чтобы следов не оставлять, потому что под настилом они оборудовали тайник, где прятали при выходе из Зоны сталкерские пожитки и оружие. Хомяк легко поднял две доски, и под ними открылась глубокая ниша.

— Запомни, Док, это называется «схрон». Этот схрон — временный и ненадежный. Но каждый сталкер должен иметь в Зоне капитальный схрон. А лучше — два. В них он может переждать выброс и припасти что-нибудь на черный день. У нас с Крокодайлом в Зоне три капитальных схрона. Потом покажу.

— А мы уже в Зоне? — с замиранием сердца спросил Док.

— Почти. Хотя, скорее, это — предзонье. Тут еще нет аномалий, и всякие твари из Зоны сюда редко заходят. Настоящая Зона начинается через три километра. Так…

Он начал извлекать из ниши всякую всячину. Три больших рюкзака, под завязку набитые сталкерским скарбом. Еще какие-то котомки, подсумки.

— Док, а ты какое оружие предпочитаешь?

— АКМС под 5,45.

— Хорошая машинка. Ну… такой у меня нет, а вот АК-47 найдется. Потому как запасливый хохол — он и в Африке хохол. Записываю на твой счет двести юаней. За автомат и два рожка. Привыкай пока жить в долг.

Он достал из схрона автомат и протянул Доку.

— А у тебя вообще какое-нибудь оружие имеется? — осведомился Крокодайл.

Док торопливо снял с плеч свой рюкзак, развязал тесемки и не без чувства гордости достал свой вакидзаси. Обнажил клинок и коротким точным махом перерубил пополам толстый, правда трухлявый, подоконник.

— Ого! Знатная штука, — восхищенно поцокал языком Витек. — Только держи ее теперь под рукой все время. Лучше всего — за голенищем берцев. Вот так. — Он сунул себе за голенище большой армейский нож, который достал из схрона Хомяк.

Хомяк между тем извлек последний предмет — свой автомат… «узи».

— Ни фига себе, — удивился Док. — А сколько в Зоне стоит такая машинка?

— Четыреста юаней. Только патроны к ней дорогущие. Но ничего, оно того стоит. Скорострельность оружия в Зоне иногда спасает жизнь.

— Ну что, будем выдвигаться?

В ответ — лишь короткий смешок всей сталкерской троицы. Док в который раз не понял, чем он так насмешил братию.

— Люди ночью по Зоне не ходят, салага, — снисходительно пояснил Крокодайл. — Ночью люди в Зоне спят.