Читаем Когда утихнет ветер полностью

– И вообще, – продолжал тем временем Лестер, – мне в голову пришла дельная мысль: а зачем я строю из себя героя-любовника, карабкающегося по стене к своей возлюбленной? Можно ведь на правах старого друга зайти через парадную дверь, тем самым, не подвергая свою одежду всяким загрязнениям и исключая любую возможность себя покалечить…

– Старый друг не заходит в гости во втором часу ночи, – оборвала я его пламенную речь.

– Ну что ты, Элиза, – легко отмахнулся вампир. – Это же зависит от того, насколько это близкий друг. Сама понимаешь, что мне позволительно. Ведь ближе меня у тебя никого нет. И потом, за весь свой путь через твой дом я не встретил ни одного человека! А жаль… – с сожалением он вздохнул.

– Если бы ты только посмел… – гневно начала я, но он не дал мне договорить.

– Я пошутил, – спокойно сказал Лестер. – Как ты могла подумать, что я способен убить кого-нибудь из твоих слуг? А если бы это нечаянно оказалась твоя любимая горничная? Нет, я не могу сделать тебе такую пакость! Лучше я буду испытывать муки голода! – с театральным пафосом закончил он.

– Хватит паясничать. Что тебе нужно? – Мне надоел наш с ним бессмысленный разговор.

Лестер сразу стал серьезным. Он подошел ко мне, взял мои ладони в свои. И глядя мне в глаза, без малейшего намека на насмешку или иронию, тихо произнес:

– Сегодня я пришел лишь с одной целью: выразить тебе свои соболезнования. Оноре был хорошим человеком и мне искренне жаль, что его не стало. Он был настоящим другом и отличным братом. Он был человеком с большой буквы. Я знаю, как тебе трудно и не представляю, как ты смогла это пережить. Я искренне тебе сочувствую.

Лестер привлек меня к себе и обнял. Я не стала сопротивляться. Слезы застилали мне глаза. Своими простыми словами вампир достиг большего, чем тетя Ариетта, священник и все слуги вместе взятые. То были пустые слова, причем от безразличных мне людей. А Лестер безразличным мне не был. Он был вторым после Оноре близким мне человеком. Ладно, пусть и не человеком, но суть от этого не меняется. И так как Оноре больше нет, Лестер остался единственным мне близким существом.

Так думала я, находясь в его объятиях. Моя одежда намокла от его плаща, но мне это было не важно. Главное, меня обнимали его крепкие – но в то же время нежные – руки, а губы его мне шептали утешительные слова.