Читаем Когда умирает ведьма полностью

В неверном свете свечей он видел россыпи высушенных до пергаментного состояния цветов и трав, растрескавшуюся посуду с вытертыми и выцветшими узорами, вдруг попалась на глаза очень старая фотография, пожелтевшая и помятая. Пахарь взял ее в руки, чтобы рассмотреть, и тут же швырнул обратно на стол. На фотографии был запечатлен умерший человек — неведомый фотограф снял крупным планом лицо лежащего в гробу старика с роскошной окладистой бородой, каких давно уже не носят. Пахарь попятился и наткнулся на стул. Стул стоял посреди комнаты и на нем возвышался закрытый крышкой чугунный горшок. Пахарь тот горшок едва не опрокинул. Он снова переместился к столу, но горшок не давал ему покоя, ведь зачем-то он стоит на стуле посреди комнаты, не может быть, чтобы просто так. Ведь не пустой он, в самом деле, пустой горшок так плотно не закроют. Пахарь взял свечу со стола, подошел к горшку и снял крышку, которая так плотно на горшке сидела, что ему пришлось приложить усилие, и из горшка тотчас вырвался тошнотворный запах тухлятины. Там были куски мяса, которое уже разложилось и превратилось в слизь, и в этой мерзости копошились черви. И еще там была кошачья голова.

Пахарь содрогнулся от омерзения, капли горячего воска попали ему на руку, он уронил свечу на пол, свеча упала и погасла.

— Пошли отсюда! — в сердцах бросил Станислав Сергеевич. — Ну ее к черту, эту старую ведьму!

— Собирайся, бабуль! Поедешь с нами! — решил майор напоследок припугнуть негостеприимную хозяйку.

Дрогнуло веко старухи, как будто только сейчас к ней стало возвращаться сознание, она повела взглядом и уставилась на майора…

— Давай-давай! — сказал майор весело, решив, что старуху наконец проняло.

Но Кривуля спросила с неприязнью:

— А чего это ты заикаисся?

— Я тебе позаикаюсь! — озлобился майор, обнаружив к своей досаде, что ясности ума у старухи не добавилось.

— Ладно, пошли! — подал голос второй Пахарь, которому уже невмоготу было здесь находиться.

— Проверим бабулю по полной программе! — продолжал накручивать себя майор. — Все ли постройки зарегистрированы, как следует! Платит ли за электричество! И вообще кто ей тут позволил знахарствовать!

Братья вышли на крыльцо. Частный детектив Пахарь нервно хохотнул:

— Да, эти деньги нам не так легко даются!

Посещение старухиного дома произвело на него крайне неприятное впечатление и он жаждал скорейшей смены настроения.

— Как тут еще девчонка эта живет? — пробурчал майор.

— А ей деваться некуда. Дом сгорел. Жить негде. Старуха приютила.

Тут оба вспомнили о том, что деньги, которые Люся отдала им, могли бы быть использованы для оплаты более достойного жилья, и благоразумно эту тему прикрыли. Сели в машину, проехали через деревню, выехали на шоссе.

— Хорошо еще, что девчонки не было, — сказал майор. — Увидела бы нас в деле — все, приплыли.

— Да, тут лажа сплошная была, — самокритично признал частный детектив Пахарь. — Но это потому, что цели четкой нет. Если я знаю, что никогда этих предков ее не найду, что это чистая халтура, и никому все это не нужно…

— Кроме девчонки.

— Да и ей не нужно, Слава. Только она еще этого не понимает. Если разобраться, мы ведь доброе дело делаем, похерив все эти поиски. Предки уже три месяца не появляются и не появятся никогда. Я это понимаю, и ты это понимаешь, и все это понимают. Сам говоришь: их давно порубали на куски. И вот пока мы эти куски не нашли, у девчонки есть вера. А найдем мы два трупа — и эту веру убьем. Ты этого хочешь? Нет. И я не хочу. А деньги, которые она нам платит, — так это мы берем за то, что сохраним ей надежду. Надежда дорого стоит. Согласен?

— Сог-г-г…

Майор не смог ответить и посмотрел на брата с ужасом. Затем попробовал повторить попытку.

— Сог-г-г-гласен.

— Ты чего? — насторожился частный детектив Пахарь.

— Н-н-н-ничего… Ч-ч-ч-ерт!

— Ты это кончай! — сказал Станислав Сергеевич с досадой.

— Я н-н-н-не…

— Слава!!!

— Эт-т-т-то ст-т-таруха!!! — выдавил майор.

— Ну это же чушь! — ласково сказал частный детектив Пахарь в тщетной надежде с помощью увещеваний вернуть брата в нормальное состояние.

— Ст-т-т-таруха! — чуть не плача повторил майорВ-в-ведьма эт-т-т-та!

Он ударил по тормозам, крутанул баранку и развернул машину.

— Я п-п-п-порешу ее! — кричал майор. — Заф-ф-фигачу из п-пистолета!

— Слава! — заорал брат. — Слава, к черту старуху! Не в ней дело! Это у тебя нервный срыв! Сейчас же успокойся и все придет в норму! Это у тебя рецидив! Ты же заикался в детстве! Помнишь? А потом тебя вылечили! И все прошло! Слава! Славочка! Сейчас все будет нормально! Только ты мне поверь! Хорошо? Останови машину! Я прошу! Вот увидишь, сейчас все будет в порядке! Только останови!

Майор подчинился. Он смотрел на брата с надеждой, которую нельзя было обмануть.