Читаем Когда умирает ведьма полностью

Босс не ответил. Люся бочком вышла из кабинета, мышкой проскользнула через приемную, но спастись бегством ей не удалось, потому что в коридоре ее нагнала Наталья Романовна. Та делала вид, что ничего особенного не случилось. Распорядилась с начальственной интонацией в голосе:

— Завтра к десяти утра — сюда с загранпаспортом и двумя фотографиями. И завтра же посетим с вами клинику.

— Какие врачи? — спросила Люся невинным голосом.

— Там по списку, — ответила Наталья Романовна неопределенно.

— Гинеколог, наверное, венеролог, — кротко предположила Люся.

Наталья Романовна посмотрела на нее внимательно и поправила с нажимом на первую часть слова:

— Дерматолог-венеролог.

Увидев гостью на пороге, частный детектив Станислав Сергеевич Пахарь заметно приуныл.

— Здравствуйте, — сказала Люся.

— Здравствуйте, девушка, — ответил Пахарь, старательно давя вздох.

Впервые он столкнулся со случаем, когда к нему повторно обращался человек, уже получивший однажды отказ. Пахарь умел говорить «нет» так, что у просителей полностью рассеивались иллюзии. Хватало людям ума понять. А эта красавица оказалась непонятливой.

— Я приходила к вам, — напомнила Люся.

— Да что вы говорите! — игриво ответил на это Пахарь, демонстрируя гостье, что серьезного разговора у них не получится.

— Вы сказали, что без денег разговора не будет.

— Вас в тот раз это сильно удивило, — напомнил Станислав Сергеевич.

— Просто у меня не было денег.

— Да, я помню. Ну и как — появились?

— Да.

Люся достала из сумочки стянутую резинкой пачку стодолларовых банкнот и положила их на стол перед собой как доказательство своей финансовой состоятельности. Пахарь не отказал себе в удовольствии попенять гостье за былую неискренность.

— Вот видите, — сказал он едко. — А вы говорили в прошлый рез, что у вас нет ни копейки и даже дом у вас сгорел.

— У меня действительно не было денег.

— Но ведь появились откуда-то.

— Я их заработала.

Пахарь с сомнением посмотрел на деньги.

— Сколько в этой пачке? — спросил он.

— Шесть тысяч.

— Я тоже хочу там работать, — сказал Пахарь. — Где за месяц зарабатывают шесть тысяч долларов.

— Вас туда не возьмут.

— Почему?

— Давайте говорить о деле, — попросила Люся.

— Давайте, — легко согласился Пахарь.

— С чего начнем?

— В чем суть проблемы, — подсказал Пахарь.

— Пропали мои родители.

— То есть как пропали? Исчезли?

— Да.

— Давно?

— Почти три месяца назад.

— При каких обстоятельствах?

— Я не знаю, — покачала головой Люся. — Просто вышли на пятнадцать минут и не вернулись.

— Вышли — куда? — уточнил Пахарь. — И откуда?

— Мы приехали на базу отдыха. Я и мои родители. Это был первый день. Мы еще только заселились. И у нас не было продуктов. Родители пошли в магазин. Он там же, на территории базы. От нашего коттеджа туда идти минуты три. И они не вернулись.

— Куда же они подевались?

— Уехали.

— Уехали? — приподнял бровь Пахарь.

— Мне потом сказали, что они сели в машину и уехали.

— Кто сказал?

— На въезде на территорию базы шлагбаум. Там милицейская охрана. Милиционер мне и сказал.

— Так. Значит, родители все-таки не исчезли, как вы изволили выразиться, а банально уехали.

— Как же «банально»? — запротестовала Люся, досадуя на собеседника за непонятливость. — Собирались провести неделю на базе, отдохнуть, а вместо этого умчались, меня бросили. И их уже три месяца как нет!

— И не звонят?

— Нет. Вообще никаких известий. Только машина нашлась через несколько дней. На площади трех вокзалов.

— М-да, — сказал Пахарь задумчиво. — Уехали, не предупредив.

— Они не уехали!

И снова Пахарь произнес «М-да?», но теперь уже с вопросительной интонацией.

— С ними что-то случилось! — сказала Люся.

— А в милицию вы обращались?

— Конечно!

— Что вам сказали?

— Сначала сказали, что надо подождать. Что, может быть, они куда-то уехали. А потом и вовсе отказались слушать.

— «Потом» — это когда?

— Когда дом наш сгорел. Они сказали, что с самого начала так и думали… Что у родителей проблемы какие-то возникли, наверное… У них своя танцевальная студия…

— У родителей?

— Да. Папа и мама когда-то танцевали в паре. А теперь набирают в студию детей и учат танцам. В милиции говорят: они от проблем убежали. А когда дом сгорел — говорят: так мы и думали. Побегают и объявятся. Не мешайте нам работать.

— Не может быть, чтобы дело не возбудили, — высказал сомнение Пахарь.

— Возбудили. По факту поджога. Будут искать поджигателей.

— Зато родителей милиция искать не хочет, — уяснил для себя расстановку сил Пахарь.

— Не хочет.

— А что родственники ваши говорят? — спросил Пахарь участливо.

— Какие родственники?

— Дяди да тети ваши. Как им эта история видится?

— А родственников нет. Мои родители воспитывались в детском доме. У них нет никого.

— Понятно, — сказал Пахарь и потер задумчиво подбородок. — Надо обмозговать, как можно вам помочь. Есть тут у меня один вариант. Я позвоню сейчас. Не возражаете?

— Да-да, конечно! — с готовностью отозвалась Люся.

Станислав Сергеевич набрал телефонный номер.