Читаем Когда растает снег полностью

Спасибо. (Идёт к двери, пробует открыть её, вдруг, поняв всё, оборачивается к директору.) Кирилл Тимофеич, откройте дверь!

Директор (за столом, выпивает бокал коньяку).

Не так скоро, Катюша, успеется.

Катя.

Что Вам от меня нужно?

Директор (приближаясь к ней с улыбкой).

Всего на всего небольшая плата.

Катя, отступая, прижимается спиной к двери.

Катя.

Не понимаю.

Директор (подойдя к ней вплотную).

Сейчас поймёшь… (Пытается обнять её; Катя, вырвавшись, отбегает к столу.)

Катя.

Не подходите! Слышите, не подходите!

Директор.

Тих, тих, тих, Катюша, голубчик!

Катя.

Не приближайтесь! Я буду кричать!

Директор.

Да кто тебя услышит! Все уж разошлись. Ты успокойся лучше и рассуди хорошенько. Думаешь, я тебе за красивые глазки денюжку дал?

Катя.

Не нужны мне Ваши деньги! (Бросает купюры ему в лицо.)

Директор.

Ай-яй-яй! Деньгами швыряться! Ладно, хватит уже. Уладим всё быстро и по-тихому, ты главное не рыпайся. (Делает шаг к ней.)

Катя (хватает со стола нож).

Не подходи! Убью!

Директор (медленно приближаясь к ней).

Давай, режь, убивай! Ну же! Смелее!

Катя бросает нож и пятится к окну, Кирилл Тимофеевич наступает.

Директор.

Да ты ангелом-то не прикидывайся, небось не впервой уже.

Катя.

На помощь, на помощь!

Директор (зажимая ей рот ладонью).

Молчи, дура! Замолчи, я сказал!

Катя, вырываясь, кусает его ладонь.

Директор (отдёргивая руку).

AAA! Дрянь! Волчонок!

Катя, воспользовавшись минутой, подбегает к двери, громко барабанит в неё кулаками. За дверью слышны голоса охраны.

Голоса.

Кирилл Тимофеич! С Вами всё в порядке?

Кирилл Тимофеич! Откройте!

Директор.

Ну, стерва! Смотри же, ты сама этого хотела!

Кирилл Тимофеевич идёт к двери, отпирает её, вбегают трое здоровых парней в форме, хватают Катю под руки, она отбивается, кричит: «Пустите! Пустите!»

Директор (указывая на Катю).

Эта вот гражданка ворвалась в мой кабинет и, угрожая мне ножом, заставила открыть сейф.

Катя.

Нет! Нет! Это неправда! Он хотел…

Директор (посмотрев на неё).

Да, и ещё. Она всё говорила мне о каком-то ребёнке, приёмыше…

Катя (поняв угрозу).

Вы не сделаете этого, слышите! Не сделаете!

Директор.

Уведите эту помешанную. Надеюсь, её будут судить по закону.

Один из охранников.

Не сомневайтесь, Кирилл Тимофеич! Статья ей обеспечена! (Кате.) Пойдёмте, гражданочка!

Катя.

Бог! Бог вас всех накажет!

Её силой выводят. Катя, отбиваясь, истерически смеётся.

Голоса охраны (за кадром).

Тише, тише гражданка! Успокойтесь! Ведите себя примерно!

Когда голоса на лестнице стихают, Кирилл Тимофеевич подходит к столу, пьёт из горла коньяк и садится на стул, обхватив голову руками.

Красная площадь. 24 июня 1945 года. Девять часов 55 минут утра. Парад Победы на Красной площади. Поодаль от толпы стоит Катя. Она в коричневом старом платье, сбитых туфлях, на голове тёмная косынка, из-под которой на лоб выбиваются спутанные пряди. В руках у неё узел с вещами. Замерев, она смотрит, как строятся в шеренги солдаты. Счастливые люди поздравляют друг друга с Победой.

Мужчина (рядом с Катей).

С праздником Вас, девушка!

Катя.

И Вас… с праздником!

В это время раздаётся команда и под звуки труб марширует первая колонна солдат. В рядах офицеров мелькает знакомое лицо.

Катя.

Герман?! Пустите! Пустите! (Проталкивается вперёд.)

Голоса.

Девушка, сюда нельзя! Не видите разве, загорожено!

Катя.

Вы ничего не понимаете! Дайте, дайте мне пройти! Там мой муж!

Один из командующих.

Пропустите её!

Ряды военных расступаются, пропуская Катю. Она подбегает к офицеру, трогает его за плечо.

Катя.

Герман! Герман, это я!

Офицер оборачивается к ней.

Катя (отшатываясь).

Простите, я обозналась. (Торопливо проталкивается обратно.)

Голоса в толпе.

Женщина не в себе!