Читаем Когда растает снег полностью

Герман лежит в горнице на кровати. За столом, искоса поглядывая на него, из деревянной миски хлебает похлёбку дед с бородой по пояс и то и дело отирает рукавом холщовой вышитой рубахи жижу с усов и бороды. Старуха-знахарка в длиннополой тёмной одежде, завязанная платком по самые глаза, хлопочет у печи, заваривает в чугунке настой из сушёных трав, которыми как гирляндами увешана вся горница. В углу перед почерневшими от копоти образами, молитвенно сложив на груди руки, стоит на коленях спасшая Германа девушка. Её широко раскрытые глаза устремлены на иконы, губы беззвучно шепчут молитву. Она часто крестится двумя перстами и кладёт земные поклоны. Старуха подходит к Герману, неся в обеих руках чугунок с зельем. Девушка перестаёт молиться, тихо поднимается с колен и заглядывает через плечо бабки на раненого. Та делает ей знак уйти, девушка повинуется. Она выходит, но останавливается за дверью, заглядывая в горницу. Дед хочет шикнуть на неё, но внучка с мольбой прикладывает палец к губам, мол, не выдавай меня. Дед качает головой и продолжает есть. Старуха разрывает на груди Германа пропитанную кровью гимнастёрку и, скрестив пальцы, водит ими вокруг раны, приговаривая:

Знахарка.

Кровь перестаёт идти. Знахарка приподнимает голову Германа и вливает ему в рот целебное зелье.

Знахарка.

Пей, касатик, пей на здоровьичко! Мы тебя быстро на ноги поставим.

Застонав, Герман открывает глаза. Девушка за дверью радостно вскрикивает, бежит к его постели.

Знахарка.

Куды?! Видишь небось, что мушшына не одет! Постыдилась бы!

Девушка встречается с Германом глазами, он улыбается ей. Смутившаяся от его взгляда она закрывает лицо руками и убегает.

Герман (кивая вслед ей).

Кто?

Знахарка.

Внучка моя Дуся, Авдотья стало быть. (Продолжая поить его из чугунка.) Да ты пей, касатик, пей травку-то, скорее встанешь.

Там же. Месяц спустя.

Герман, вымытый, постриженный, одетый по-дорожному, с котомкой за плечами, прощается с хозяевами. Знахарка с дедом провожают его.

Знахарка.

Ну, с Богом, добрый человек!

Дед.

С внучкой поди простись! По сердцу ты ей пришёлся, прикипела она к тебе за этот месяц всей душой, да видно не судьба.

Двор дома.

Герман выходит на двор. Возле берёзы, прижавшись к стволу лбом, стоит Дуся.

Герман (походя к ней).

Дуся!

Дуся не отзывается, только плечи её вздрагивают от рыданий.

Герман.

Послушай меня, Дуся!

Дуся оборачивается к нему. Платок её съехал на бок, лицо заплакано.

Герман.

Не плачь, Дуся. Вижу я, что понравился тебе, да только там, в Москве, есть у меня невеста, Катенька.

Дуся (кланяется в пояс).

Прощайте! (Метнувшись, убегает.)

Герман идёт по тропинке в сторону железной дороги. Дуся, прячась за деревьями, провожает его взглядом.

Москва. Школьный коридор на втором этаже.

Перемена. Катя подметает пол. К ней подходят второклашки.