Читаем Когда проснется Марс полностью

Хотя кого волует, о чем там думает Луций Цецилий? Даже если он явится в крио, она не будет умолять, как делала во сне. Обойдется без его помощи, и не стоит даже голову забивать. А то опять полезли картины из кошмара – квесториат, голубой гель, гул закачивающей его машины.

Реальность тоже не радовала. Тюремный комбез, оранжевый, как все комбезы в предкрио. Огрызок пледа, на котором даже не повесишься. И Эзоп. Глава повстанцев не умолкал ни на минуту и явно страдал от нехватки зрителей.

– Римская империя объединила многие звездные системы… – Он обвел рукой потолок, будто эти самые системы раскинулись над ним. – А после галактики. Все экзопланеты, которых может достичь человек, были освоены Римом. Император давал гранты на исследование и развитие, а после, когда планета достигала определенного уровня, требовал свое. Представь, подлетают к твоей планете корабли, способные испепелить целый город одним выстрелом с орбиты. И что ты сделаешь? Ничего. Война, одна война. Позиция силы. Знаешь, к чему это привело?

Бритва знала, – все это знали, глупый вопрос, – но продолжала молчать. Похоже, Эзоп решил вспомнить историю Римской Империи. Зря. Восстания «Псов» были возней в песке по сравнению с той опустошающей войной. «Лучше сгореть, чем подчиниться», вот был девиз повстанцев тех времен.

Они бы очень удивились, увидев продолжателей своего дела.

– Пять сотен лет прошло с окончания войны. Человечество еле выжило, еле выбралось из пепла. И что? Сделал ли выводы новый император? Его Сенат и доверенные лица? Нет. – Эзоп картинно подбоченился, сам как император на фронтоне. Не хватало коня, скипетра и венка на башке. – Теперь у нас «возврат к истокам». Теперь у нас «исконные римские ценности». Для кого «возврат к истокам»? Для кого уравниловка? Для нас, номеров. Для потомков захваченных колоний, для бедняков. Вот у нас действительно возврат в древние времена! Живем впроголодь в тоннелях!

– Да заткнись ты…

– «Трудитесь и обрящете», так нам говорят, а на деле единственная работа, на которую можно рассчитывать с номером на шее, еле покрывает расходы на жилье и еду. Где образование? Где доступная медицина? Нет ее. Они обещали права римских граждан тем, кто переселится на вырожденные планеты Внешней Сферы. Где эти права? Почему не присвоили номера всем, как обещали?

Эзоп снял с шеи охряные бусы и принялся перебирать бусинку за бусинкой, как делали жрецы Марса. Вот только он не был ни жрецом, ни марсианином. Скорее пустозвоном и манипулятором.

– А вернулись ли к истокам патриции? Выстроили новые храмы, обрядились в тоги – и что дальше? Пустой театр. Ну смешно же! Они думают, что тоги вернут Риму его величие, но суть в том, что Рим давно прогнил. И ничто ему не поможет. Это выживание кучки богачей за счет большинства. За счет номеров. Нет, друзья, – Эзоп качнул головой, словно патриции сидели перед ним и внимательно слушали. – Унижать большинство опасно, очень опасно.

Именно такими речами он и покорил Бритву много лет тому назад. Его слова, его манера говорить походили на гипноз, не оставляли и шанса на протест и казались такими разумными… Слушателям даже в голову не приходило спорить или искать другие варианты правды.

А теперь Бритва была готова взвыть.

Марс Всемогущий, даруй силу сдержаться и не придушить этого урода. Для него это будет слишком легкой смертью.

Мудрая Юнона, даруй… Хоть что-нибудь даруй, чтобы этого не слышать. Например, затычку в оставшееся ухо.

– А ты типа пророк нового мира? – процедила она.

– Не смейся. Новый мир начинается с таких, как я. С маленьких людей.

– Которые устраивают теракты, грабят, убивают и торгуют кликами, ну да.

– Да, – уверенно кивнул Эзоп. – Да! Нам нужны деньги. Нам нужны средства и связи в разных кругах. Невозможно совершить революцию с палкой в руках.

– Ой, завали хлебало ради всех богов, – Бритва махнула рукой, укрылась огрызком одеяла и повернулась к Эзопу спиной.

Но тот не умолкал.

– Вся судебная система на их стороне – они же сами ее создали. Для нас, не для себя. Взять закон о преступлениях против брака. Они что, его соблюдают?

Да, патриции трахали все, что двигалось. Это тоже было всем известно.

– И что? – буркнула Бритва и запоздало одернула себя. Не надо отвечать, теперь будет еще час трепаться.

– И ты ничего не хочешь с этим сделать? Тебе не надоела эта политика двойных стандартов?

– А тебе что, тоже хочется трахать мальчиков?

– Я говорю не о том, и ты прекрасно это знаешь! Почему мы должны терпеть двойные стандарты?

– У номеров нет выбора. Пускай патрициев меньше, но они лучше вооружены. – Бритва зевнула. Этот разговор ее утомил. Вел в никуда, пустое сотрясание воздуха. – И так далее.

– Ты что думаешь, номера такие слабые и бедные, потому что лодыри или тупые? Или потому что жизнь – несправедливая сука? Сенат знает, когда и где ужать. Закрыть производство тут, снести дома там. Все продумано.

– Зачем?

Что за бред он нес? Зачем Сенату сознательно давить население? Мало им грязи.